— Прости... Долго мы, прости нас... Только если выродка того найдём, то!.. — он взялся за свитер и мягко потянул на себя. — Уходить надо, Жень — сейчас…
Воисвет вытащил свитер, и Женя будто бы вынырнула из тяжёлого сна. Она повернулась — и тотчас хлынули слёзы.
— Вои... свет... — сипло выдавила она запёкшимися губами и вдруг вцепилась в волхва. — Мусе не говори! Ничего не говори! Пожалуйста! Не надо!
— Ничего, ничего не скажу, — закивал он, а Женя тряслась и не замечала.
— Всё хорошо, Женя, будет. Всё будет хорошо, всё наладится... — успокаивал Воисвет, хотя у самого голос подрагивал от сдавленной злобы и горя. Он с трудом натянул свитер на избитое тело и сгрёб вещи со стола Клока. Не взял только чужой проигрыватель. Ремень планшета Воисвет перекинул Жене через плечо, а рацию пристегнул к поясу. Идти она не могла. Воисвет подхватил её на руки и вынес прочь из подсобки, где тут же натолкнулся на магометанина.
Муса смотрел в упор.
— Дай я понесу, — процедил он.
— Тогда дай мне оружие.
Муса поставил винтовку возле стены, а сам взял на руки Женю. Воисвет передёрнул затвор и пошёл впереди. Первого загонщика они встретили только на лестнице. Бандит возвращался на второй этаж с арбалетом. Он заметил их, но закричать не успел. Воисвет сходу выстрелил ему в грудь.
— Теперь убиваешь? — послышался сзади голос Мусы.
— Нет здесь людей. Только изверги.
*************
Архангел разбит. Удар бензовоза отбросил машину от выезда, смял борт. Выскочить успел только Василий. После короткой перестрелки конвой окружили бандиты. На подступах валялось много погибших загонщиков — в залатанных куртках, ватных штанах и обмотках вместо ботинок. Ветер шуршал торчащим из-под одежды целлофаном. Караван не захватили, но Женя, Воисвет и Муса попали в бандитский плен. Девчонку уволокли в руины, а без неё конвойные не поедут. Троица грозно водила стволом пулемёта перед руинами, где засели загонщики. Бензовоз перекрыл выезд из аэропорта, а бандитское подкрепление всё подходило и подходило со стороны терминала. Нахрапы кричали конвойным сдаваться, но никто пока не стрелял.
— В цистерны попасть не хотят, — целился из окна Троицы тысяцкий.
— Пробьют они танкеры? — спросил Антон из-за пулемёта.
— Не васное у них орусие, — отозвался Ждан. Без Воисвета десятник взял командование дружинниками на себя, но в бою его оттеснили к Троице, к христианам. Кроме Василия и Антона, в броневике сидели ещё три Волкодава. Один из них, за рулём, вопрошающе косился на тысяцкого. Как раз за воротами они собирались повернуть на взлётную полосу.
— Тут искры хватит, чтобы всё на воздух поднять, — ответил Василий. — На танкерах брони нет, стенки тонкие, пальцем проткнёшь.
— Кидай валыны, перхоть залётная! — в который раз окрикнули из развалин. Тотчас Антон повернул пулемёт, но не выстрелил. Лишь только прицелился в лохматые головы над кирпичами. Загонщики мигом попрятались.
— Своих добывать надось! — шепелявил Ждан. — Сего они нам, с их игруськами?
— Их там две сотни, а у тебя и двух десятков не будет. На всех патронов не напасёшься после той переправы… — припомнил Василий «удачный» мен в Кафе и гаркнул.
— Семён!
В продырявленной выстрелами кабине танкера приподнялся водитель.
— Чего, Василь?
— Готова машина?
— Готова, а как же! Всегда мы готовы, — гладил Семён по волосам застреленного напарника. — Вот с Никодимом всю дорогу — он ночь, а я день вместе ехали… Неужто не вырвемся? — дерзко подрагивал его голос. Тысяцкий довольно кивнул. За руинами, как он и ожидал, зашевелись.
— Без Воисвету и Женьки? — забеспокоился Ждан. — Есё муслимку забыли…
— Без них не уедем. Пусть просто эти подёргаются, — пересчитал Василий загонщиков, кто показался из-за руин, пока перебегал с места на место, готовясь отражать их прорыв. Объехать длинную облезлую автоцистерну мешал бетонный забор. Придётся таранить отвалом на носу танкера, а значит, бросить цистерну вперёд. Может, загонщики и не выстрелят. Но сейчас лучше ждать — взлётка недалеко, кто-то должен прийти. Из своих.
— Как вырусять будем? — выдохнул Ждан. — Можт, предлосим сего?
— Да они сами сейчас предлагают. К главному их повели, к крышаку.
— А ты откель знась? — подметил Ждан незнакомое слово.
— У шатунов под Монастырём также, — соврал тысяцкий. Будь надёжная связь, его бы наверняка предупредили о бандитах на ВПП. Но, скорее всего, хозяйка просто не брала в расчёт этих недочеловеков. Чёрному Солнцу они не противники, а вот конвой залетел.