Кажется, оба думали одинаково. Подержав пистолет, будто важный подарок, Влада указала вперёд.
— Шибче, Серко.
До бдына оставалось немного. Больше на них никто не напал, но два Волка крались по лесу, предчувствуя скорую западню. Вот рядом показались завешанные серебром деревья. Монеты белыми слезами сверкали на нитях и звонко перестукивались под дождём. Серебро на ветвях притупляло чувства, мешало хорошо видеть и слышать, будто под деревьями сгустился туман. Может быть, из-за этого Серко с Владой не заметили появления двух молодых охотников перед собой.
Первым вышел Вольга с двумя топорами и перевязанным лбом. За товарищем выступил Свирь. Бледноликий охотник весело зыркнул на Владу, вполне себе живой и здоровый, хотя Сиверу приказывалось найти его и убить.
— Ой-вэй, Вольга! А здесьм капьно стары псы бродют, — весело начал он. — Побитая сука с кобелём снухалася крестианским.
— Ты ще, однослухай выхолосток, очумел пред Старшею?! — тут же выхватила клинок Влада и оскалилась. — Нешто Чёрному Хорсу продалися, Яра предали, израдилися на Вълков Хлада?!
Ещё до того, как Свирь успел ей ответить, она накинулась на них — засада, и рассуждать нечего! Серко выстрелил из карабина в Вольгу, но тот заранее глотнул крови и подскочил до того, как он толком взял его на прицел. Вольга замахнулся раскрученными топорами и принялся рубить со всей мощи. Смага отводила топоры вскользь. Сергей был огромен, но управлялся с ней ловко. Вольга с удовольствием дрался с ним, но пока что Сергей уходил из-под выпадов молодого охотника. Молодость и горячность рано или поздно всегда ошибаются. Нужно только дождаться… и уцелеть.
— Серко! — крикнула Влада.
Он еле как успел увернуться от ножа в спину. Свирь отскочил от неё и вместе с Вольгой насел на Сергея. Так не дрались: спиной в бою никто не поворачивался! Но, нанося один-два удара, вёрткий Свирь успевал вернуться и к Владе. Серко пришлось быть втройне осторожнее. Два топора и нож — перебор. Влада пыталась сковать Свиря в бою, но тот всякий раз исхитрялся напасть и на Сергея.
— Ко мни иди, Щено! — зарычала она от досады.
— А на кой? — хохотал Свирь ей в глаза. — Ты мя ощё замай, да зареже! Азьм жити хочу, а сей крестианец — без Духа. Азмь потроха ему вытряхну, а тамо с Вольгою тобя заломам.
Свирь поигрывал ножиком, дико скалился, но Влада не поддалась на уловки. Вольга дрался отчаянно, но вовсе не ради победы, и Свирь, неверное, рассчитывал сбежать, чуть только подвернётся возможность. Зачем же тогда они вообще пошли в драку?.. Но так и зарежут Серко, если не завязать одноухого на себя. Влада заметила на щеке Свиря красные татуировки. Знакомый узор напомнил ей ведунью Лунной Стези.
— Ще, в язвени подвязался?
По лицу Свири пробежала нервная судорога, но весёлый оскал не исчез.
— Хто чернуху живу не завалит, тако мёртвых таскат. Хто в набеге рашится — объедки за охотцем скрадет. Хто могилы оседлых ерошит, токмо бы тленные тряпки замать. Сорок Зим не случалося язвеня в Вълках Хлада, або позорно сие. И вот тобе раз: вылупился един полудурок!
— Сие не есмь позор! — гордо выставил клинок Свирь. — Сие — творение Нави резьбою по плоти. Сие — пожимь раху. Сие — крови стезя, кою увера отверзла мени: велика, главешна, умела, ще неровня Вълчице-израдице!
— Ясно дело, «не ровня», — спокойно ответила Влада. — Покуда Сивер мой Кову пежил, «израдица» на уверу твову любовалася.
Свирь обмер, лицо его перекосилось от гнева.
— Лжа! — заорал он и бросился, ведь слышал правду и оттого больше злился. Теперь он не отвлекался, и Серко подловил Вольгу на замахе и так сильно ударил по топору, что кожаный ремешок оторвался с запястья, и топор отлетел. Тут же сапогом он пнул Вольгу в живот, и здоровяк рухнул спиной на мокрую землю. Сергей нацелил Смагу и вдавил спуск. Но от ударов топорами оружие заклинило.
В ту же минуту Влада поймала разозлённого Свиря на глупом тычке, схватила за руку и выбила нож. Лезвие полоснуло мальчишку по животу. Тот завизжал, еле как вырвался и бросился наутёк.
— Ристай, Вольга!
Силачу не понадобилось повторять дважды. Он вскочил и побежал под деревья, увешанные серебром. Серко справился с помятым затвором в тот миг, когда спина Вольги скрылась в тумане.
— Щено! — Сплюнула Влада и вытерла со лба пот.
— И они с Чёрным Солнцем?
— Все ведуны да ведуньи мя с Яром предали. Ще бы им не сдать вожака?
Серко согласно кивнул и вместе с Владой двинулась дальше. Вскоре лес расступился: под серым ливнем они увидели холм — тот самый курган с четырёхгранным бдыном на вершине, где Влада высекла руны. В тучах раскатисто громыхнуло. В вечерних сумерках холм озарился короткой вспышкой. Неприветливо, хмуро встречала могила старой охотницы её детей.