– Я так поняла, ты очень любишь его. Через каждое предложение упоминаешь его имя.
– Кажется, мы поменялись местами и профессиями. Давай о тебе.
Далила прикончила свое мороженое с кусочками клубники и шоколада.
– Сама ведь об Арсене хочешь поведать.
Аэл поймала себя на том, что глубоко вздыхает.
– О нём, голубчике.
– И что же он такого сделал? Учти, плохие мальчики мне в компании не нужны. Если он тебя обидел, мы его выкиням к чертякам.
Аэлита страстно вступилась за своего Арсушку.
– Нет, Сарданка! Не так. Он очень хороший и милый. И вообще очень положительный человек. Я не знаю, как он конъюгат. Но у него всё получается. Как у деда. Так что я верю в него.
– Ты, всё-таки влюбилась?
У Аэл заалели губы и побледнело лицо. В темноте оно светилось как неоновая вывеска.
– Возможно, этой ночью случится это… И я такая дура. Сразу бегу рассказывать об этом то дедушке, то тебе. У меня ведь есть парень. Два года уже вместе. А теперь вот это всё.
Далила сжала губы и тотчас превратилась в пожилую высоконравственную учительницу.
– Надо предохраняться, если ты неуверена. А то подхватишь какую-нибудь бяку или залетишь.
Аэлита внимательно посмотрела на собеседницу и улыбнулась.
– Об этом такие, как я, думают в последнюю очередь. Тётушка, очень больно будет?
Далила смягчилась.
– Нет, если он хороший любовник.
– Прости, что я такая глупая и ребячливая.
– А как же твой бойфренд?
– Это останется тайной.
– Тайная связь…
– Просто он совсем другой. Он не поймёт.
– А… Арсен тебя любит?
– Я его люблю. Если даже он, окажется, что он… Вовсе не смотрит на меня. Тогда я пойму. Это же естественно.
Далила взмахнула веером и прикрыла раскрасневшееся лицо.
– Да любит он тебя. Точняк. Это по всему его существу любому дураку видно было бы. Правда, не знаю, побочка это от инициации, или он сам выбрал тебя. Но сейчас, ты точно занимаешь все его мысли.
Аэлита поднялась и протянула ладошку женщине.
– Тогда я пойду. Уже поздно. Мне завтра работать. А услышать я именно это и хотело. Твои слова развеяли мой страх.
Далила сиутилась, но пожала её руку.
Какая своенравная девчонка.
Глава 30
Далила вошла в рабочий кабинет Хрисанфа и от усталости тут же повалилась на диван, выполненный в старинном стиле.
Агний оторвался от дел и прилёг рядом.
– Как прошло? Сегодня ты много гуляла да?
Далила положила ладони под голову и стала изучать звёздное небо через прозрачный купол. Хрисанф открыл потолок, чтобы она отдохнула, и не напрягалась оттого, что он здесь работает.
– Эта девчонка назвала меня Лил, потом вообще Сарданой.
Агний аккуратно снял с неё одежду. Не чтобы поприставать. А потому что она уже была вялая и хотела спать.
– Хорошее имя. По моей теории это слово означает – любовь. Саран. Сардана. Лучезарие сердца. Моя Сардана.
Далила надулась и прижалась к его тоже оголившемуся телу. Они были как два голых бублика под тёплой звёздной ночью.
– Почему такая тёплая?
– На улице тепло почему-то.
– Это я всё виноват. Слишком много у тебя контактов в последнее время, а ты мигом подхватываешь любую заразу.
Сказав это, Агний слился с ней в поцелуе, как будто хотел высосать её лёгкую температуру.
– Знаешь Аэлита называет тебя дедушка Хрисанфий. Как тебе это?
Агний засмеялся и спрятал лицо в её волосах.
– Ну значит теперь я дедок.
Далила присоединилась к нему своим громким сардоническим хохотом.
– А как наш супермен Арсен?
– Нормально. Нормальный чувак. Адекватный такой.
– Господи, как ты падка на адекватных!
– Я же человек. Людям принято быть нормальными. Это обязательное требование. Но эта Аэл не такая. Немного сумбурная девочка… И знаешь у этих детишек завязывается роман!
Агний обрадовался и увлёкся какими-то своими изысканными ласками.
– Спасибо, Господи! Одной проблемой меньше. Но почему ты такая тёплая.
Хрисанф озабоченно мерил её температуру губами вдоль всей поверхности. Потом не поверил себе, вскочил с дивана, притащил градусник и снял результаты обычным способом.
– 36.8. Надо вызвать врача.
Далила присела и начала успокаивать засуетившегося мужа.
– Агний, успокойся. Иди сюда.
– Я не могу. Я сейчас же вызываю доктора. Где его номер?
– Да хватит уже…
– Вот ты всегда так. Безалаберная. Наверное, съела какую-нибудь гадость или обжималась с кем-нибудь.