— Поттер, я тебя снова хочу… — шепчет Малфой.
— Вызывай группу. Я в душ. Мог бы кончить на пол…
— Это персидский ковер, Поттер… И я… Не мог. Твой язык довел меня до оргазма так быстро, что я просто не успел достать, но это твоя вина.
— Я залижу, — обещает Гарри, и Малфой не понимает, это оговорка от «заглажу», или это Поттер ему так обещает сделать римминг?
Поттер едва успевает выйти из душа, но еще не успевает отойти от секса с Драко, когда в квартиру Малфоя звонят дежурные офицеры. Тео попал серьезно.
— Когда вы это обнаружили?
— Только что.
— Во сколько вы вернулись в квартиру?
— Полчаса назад… Примерно…
— И почему вызвали нас только сейчас?
Малфой готов что-то придумать, но Поттер входит в спальню, вытирая шею полотенцем Драко, второе обернуто у него вокруг бедер, и отвечает:
— Не сразу добрались до спальни. Секс с видом на ночной Нью-Йорк — это мой кинк, вы же понимает, о чем я…
Малфой качает головой. Гарри — идиот. Хотя… Ночная смена все равно распустит слухи. Плевать. Им обоим сейчас плевать.
========== 7 ==========
Малфой невыносим. Когда утром Гарри просыпается, видит, что постель пуста. Они еще долго после ухода следователей и криминалистов ласкали друг друга на простынях, но повторить Драко отказался наотрез, напоминая, что завтра на работу. И Поттеру еще целый день сидеть. Гарри чувствовал себя немного неловко, когда Малфой заваривал ему чай, вместо привычного кофе, когда выдавал футболку, предлагая одеться после душа. Но когда они оба устроились спать, это было правильно. Гарри понравилось. И то, что Драко впустил его в свою постель, и то, как себя при этом Гарри чувствовал. Будто все, как надо.
Приоткрыв дверь спальни, Поттер наблюдает и улыбается. Малфой сидит с планшетом и слушает что-то, и Гарри не сомневается, что это видео, которое они вчера так и не запустили по третьему кругу.
— О, Потти, ты уже встал… Иди сюда, послушай это…
Он приглашающе машет, а потом устраивает Гарри на диване между своих ног. Поттер прислоняется своей спиной с груди Драко, удобнее притирается к напарнику, и засовывает в ухо наушник. Это беспроводной, модный. Планшет тоже модный. Звук здесь качественнее.
На экране то ли перерыв, то ли просто запись с другого дня. Джим гладит мальчика по голове, по щеке: «Детка, милый, чего ты хочешь?» «Я скучал по тебе, папочка, я так соскучился… Ты меня больше не любишь?» Папочка, конечно, любит, и просит показать, как именно детка скучала. «О, бэйби, ты такой хороший мальчик. Такой послушный, ты так хорошо научился целовать меня там, именно так как мне это…»
Малфой останавливает запись.
— Что скажешь?
— Обычные разговорчики, в принципе, там ничего нового нет. Мы с тобой точно также Вуда развели…
— Нет. Послушай еще раз… Давай, внимательно. Можешь даже закрыть глаза. Если ты не услышишь этого, значит, я чокнутый, и нужно думать еще.
Гарри послушно закрывает глаза. «Ты меня больше не любишь? — О, сладкий, как я могу тебя не любить, столько лет, — вдох, — детка… Покажи, как ты скучаешь, бэйби… — Стон, сначала детки, потом папочки. — О, бэйби, ты такой хороший мальчик. Такой послушный, ты так хорошо научился целовать…»
— Еще раз…
Малфой кивает. «…не любишь? — шорох одежды. — О, сладкий, как я могу, — сигнал авто на улице, — тебя не любить, столько лет, — голос уже сиплый, резкий вдох, — детка… Покажи, как ты скучаешь, бэйби… — Стон, сначала детки, потом папочки. — О, бэйби, ты такой хороший…»
Поттер уже злится, но пытается расслышать все на этой записи.
— Еще раз, — просит Гарри, не открывая глаз.
«…как я могу, — молния расстегивается, машина сигналит, — тебя не любить, — пауза небольшая, будто какое-то внутреннее препятствие, запятая, — столько лет, — дыхание, — детка… Покажи, как ты скучаешь, бэйби, — стоны, — о, бэйби, ты…»
— Здесь еще, — приказывает Гарри. Ему уже тоже интересно. Он выхватывает планшет и сам включает там, где ему нужно. На записи говорят бегло, походя, в движениях, они заняты не только разговорами, там у них минет намечается. «…как ты скучаешь, Бобби, о, Бобби, ты такой хороший маль…»
— Бобби?! Он сказал «Бобби»? Как Роберт?
— Вот и мне так показалось, мой хороший. И это плюс к тому, что Роберт — Боб — Бобби не родной сын Джима. С точки зрения генетики крайне-крайне маловероятно, поэтому я проверил. Он его воспитывает с двух лет. Но сын не родной.
— Ты о чем сейчас? — Гарри не понимает, но вот это вот «мой хороший». Оно совсем не такое, как вот то «детка». Оно вообще про другое, и это кайфово. Неожиданно, но кайфово.
— У нашего Роберта глаза какие? Го-лу-бые… А у Анжелы и Джима глаза какие — ка-ри-е… Вот оно! Папочка сыночка хотел. Потому и отправил от греха подальше. А тут приехал сыночек из универа. Уже не ребенок совсем, но зачем заниматься сублимацией, если — что? Если оригинал под носом? Мг…
— Вопрос только, где они могли столкнуться. Если бы Джим что-то подобное предложил дома, эскалация была бы тут же, на месте, не отходя от кассы. Стопроцентно. Ты видел Роберта — вспыльчив. Значит, где-то в другом месте.
— Точно! Блестяще подмечено… Машины у них нет, значит, вывезти тело Бобби не смог бы…
Гарри поворачивается к Малфою, задевая затылком подбородок.
— Спасибо, конечно, но с машиной вопрос открыт. Если нет машины, зачем скидочная карта на заправку?
— И расценки арендных авто исходя из срока и километража… Потти…
— Надо искать машину! — хором говорят они и смеются. — Суперкоманда… — улыбается Гарри.
***
— Мистер Нотт — уважаемый член общества, его сын, безусловно еще юн и обладает вольным характером, но…
Слушание по поводу обвинения Малфоя назначили в рекордные сроки. И только утром Гарри соображает посмотреть, кто такой Теодор Нотт. Это трэш. Но ещё это сын династии Ноттов. Гарри — свидетель, и он уже дал показания. Драко расслаблен, будто вообще ничего не боится. Он следующий.
Вот в этот момент начинается что-то непонятное. Его замечания и комментарии ставят под сомнение, приплетая его служебную деятельность, аморальность в части личных связей на работе, и его адвокат — Кингсли — рвет и мечет, то и дело заявляя протесты и отводы.
— Моему клиенту необходим запретительный ордер, потому что подозреваемый угрожал его здоровью в присутствии его коллеги. На тот момент личных отношений между детективом Малфоем и детективом Поттером еще не было. Зато у подозреваемого хватило наглости после выдвижения обвинений осуществить свою угрозу. Он проник в квартиру моего клиента и оставил неприемлемый, неуместный подарок! Мы не обсуждаем сейчас моральную дилемму в офисе комиссара Блэка — это его проблема, — мы говорим о другом преступлении, которое должно быть оценено в рамках соответствующего правового поля!
— Присядьте, господин Кингсли. Позвольте стороне продолжить допрос.
— Мистер Малфой, где вы были…
Поттер теряется. Это выходит уже даже за рамки того, что они с Драко обсуждали перед процессом, как худший сценарий.
— На кладбище. Нет, никто подтвердить не может, могу предложить взять записи с камер наблюдения.
— И с кем вы там встречались? — адвокат Нотта продолжает гнуть карту «плохого» копа.
— Со своей сестрой, — тихо отвечает Малфой.
— И почему она не может подтвердить? — взвивается адвокат, кажется, его фамилия Крэбб. Тео толкает его под столом ногой, но уже поздно — вопрос задан.