— Потому что она умерла десять лет назад. Могу предложить вызвать медиума, если вы изволите пообщаться с ней лично, — Драко держит лицо, но у Гарри сердце кровью обливается.
Когда это заседание заканчивается, Гарри уже знает, что ему скажет Малфой, и опережает его.
— Ты же знаешь, что не важно, продолжим мы наши отношения или нет? Я доверяю тебе свою спину, Драко. И так уж вышло, что что-то более ценное тоже, и я не про задницу, не смей сейчас шутить! — голос Поттера звенит негодованием. — Просто смотри, кто я, как я работаю, и делай выводы. Но если ты из-за этого будешь наступать себе на горло… Я за себя не отвечаю!
— Трахни меня, Поттер, — шепчет ему на ухо Малфой, — а потом поедем по компаниям, предлагающим аренду. На том куске обложки было «ти», «эф», несколько цифр. Думаю, аналитики уже подобрали возможные варианты по городу.
— Я не буду трахать тебя в туалете, Малфой. Мы закончим день. Вернемся к тебе. И я сделаю так, чтобы ты забыл об этом суде хотя бы на всю ночь. Так, как ты этого захочешь.
***
— Спасибо, Луна. Ты… — Малфой восторженно вздыхает. — У меня нет слов…
— Драко, береги его. Он такой один, ты знаешь?
— Конечно, цветочек, — Драко по привычке соглашается с ней, просто чтобы поскорее закончить разговор. А потом до него доходит, что это она о Гарри. И что она права. Он — нечто.
Поттер ставит перед ним стакан с кофе, а Драко показывает ему переписку, которую смогла выцепить Луна.
— Это многое меняет. Мг… — Гарри зависает над компьютером Малфоя надолго. Тот успел и запросы с компьютера Гарри отправить, и еще кофе сварить. Он читает быстрее, чем Поттер, но сейчас он не может вернуться к исчезновению, хотя, скорее всего, все же убийству Торнвуда. Драко понимает, что все это можно было бы расследовать иначе, если бы в первые дни после исчезновения Томас нормально выполнил свою работу. Горячие следы не просто так такими называются. Они имеют свойство остывать. А так, скоро полгода пройдет, как они его ищут. Стыд, да и только. Скоро весна, а они никак не продвинулись. Правда, теперь у них перед носом железобетонный мотив. И отсутствие трупа, доказательств, времени преступления, да вообще, дела нет. Только мотив. Зато какой!
Гарри возвращается к нему спустя два часа. Он все на том же месте, потирает плечо, затекшее от длительного сидения.
— Так. Роберт узнал о том, что не родной сын Джима, когда ему было шестнадцать. Он прекратил с ним общение, но возобновил через несколько месяцев с вполне конкретного предложения — переспать. Тут есть пропуски, но думаю, это потому, что они общались по телефону тоже. И категоричный отказ Джима он воспринимает, как «подожди, пока тебе исполнится восемнадцать», то бишь возраста согласия. Но в восемнадцать ничего не меняется, потому что Джим не может так предать свою жену. И вроде как Роберт смиряется, но он постоянно пишет, о том, что ему нужен его папочка, тут много пошлостей и порно, и просто каких-то ролевых моментов, типа «папочка позаботиться обо мне, купит мне что-то, а я порадую папочку хорошими оценками, дипломной работой…» То есть не просто дэдди-кинк в постели. Тут сдвиг по фазе, Драко.
— Поттер, не называй меня так на работе, пожалуйста.
Гарри хотел было обидеться, но увидел что-то, что его переубедило. Малфою нравится, просто это его… Отвлекает. Дело не в отношениях, или офисе. Дело в реакции Драко на свое имя, произнесенное Поттером.
— Ладно… — Поттеру нужна минутка. И он продолжает. — И вот, Роберту двадцать один, он закончил университет, ему все еще нужен его папочка, он хочет, едет, надеется, что теперь точно его переубедит, но видит, что у его папочки уже есть малыш. Который играет роль профессионально и качественно, если судить о том, что они годы были в этих финансовых отношениях.
— Да, у меня в голове мотив тоже сложился. Но вот где же наш Роберт мог спрятать тело папочки… И куда делся этот самый малыш? Без его показаний мотив будет не полным.
— Соглашусь. Но если найдем тело, возможно, нам не понадобится мотив — и все доказательства будут там.
— Или нет. Но… Вариантов я других не вижу. Ищем тело, машину и малыша.
***
— Я не хотел этого предлагать, сэр. Потому что мы оба с Гарри Поттером — детективы. Офицеры. Мы давали присягу и мы верны нашему значку и народу, которому служим. Ставить под сомнения наши показания без доказательств и серьезных оснований — это прецедент, ваша честь. Однако мистер Крэбб и вы продемонстрировали нам ваше отношение в виде недоверия. Я прошу очистить зал заседаний от всех, кто не имеет доступа к информации с требуемым уровнем не ниже С18, для того, чтобы иметь возможность оправдаться.
— Протестую! У меня нет такого доступа! А я адвокат подозреваемого!
— Детектив Малфой, это похоже на инсинуацию.
— Ваша честь, моего клиента могу обвинить в разглашении секретных данных неограниченному кругу лиц, если вы будете продолжать настаивать на подобном публичном выступлении.
— А вы сами-то в курсе? — судья уже выходит из себя. Подобные пререкания в зале суда Поттер видит впервые.
— Нет, ваша честь, я не обладаю допуском С18 и выше. Если я правильно осведомлен, это допуск только для служителей правопорядка и ряда судебных служащих, включая вас, сэр.
— В мой кабинет, детектив Малфой. Персонально.
Поттер видит, что судья Гойл в бешенстве. Но он понятия не имеет, что творит Малфой, так же как и Кингсли понятия не имеет, что творит его клиент. Поттер ему даже посочувствовал, но увидев уверенную ухмылку Драко, расслабился.
***
— Я предложил изъять записи видео-и аудионаблюдения из хранилища департамента, — они в постели, Поттеру слишком хорошо, чтобы он мог двигаться. Но вопрос его смущает.
— А причем здесь С18? Я же в курсе, что они есть…
— Ты в курсе, Потти, потому что ты в отряде быстрого реагирования при террористической угрозе. Вам эту информацию доводили через другой допуск. Как там… Т4, кажется. Но по общему правилу — это С18. И судья это тоже знает. И ему пришлось согласиться с тем, чтобы я подтвердил угрозу Тео, записанную на наши внутренние микрофоны.
— Скажи мне, что их нет в кухне и в туалете… — Гарри краснеет стремительно и очень хочет спрятаться от стыда под одеяло.
— Без понятия, дорогой, и мне абсолютно плевать…
— Записи… Драко, записи! Ну конечно!
Поттер молчит, что-то очень серьезно обдумывая. Малфой не выдерживает.
— Я не люблю, когда ты умнее меня, Поттер. Что тебе пришло в голову?
— Мы искали Торнвуда-старшего. Он — хрестоматийный идеалист. Ни карты, ни машины, ну, почти, и то, нам это ничего почти не дало. Но Торнвуд-младший — это парень нашего века. Он же в соцсетях, постоянно ловит геотеги. Нам нужно просто посмотреть, что он постил в ближайшие дни. Когда пропал Джим — дата точная? Ты знаешь его аккаунты? Ты проверял уже все это, но ведь не обязательно он смог все это сделать в один день. А сразу никто к нему не ставил никаких наружек, никаких вообще действия Томас не делал. Он мог его убить, спрятать в машине, потом через сколько угодно увезти куда-то, вернуть машину в срок, ее почистили, навигатор тоже уже подогрели — естественно, наши находка нам ничего не показала. В аренде нам сказали только, что не было просрочки, а точной даты возврата там нет…
— Луна присылала все его явки, пароли и страницы… — растерянно и как-то уж очень угрюмо, разочарованно ответил Драко. — Милый, давай завтра…
Гарри снова почувствовал какую-то невысказанную мысль Малфоя, но тот не дает ему задать вопрос. Он ложится рядом и укрывает Поттера одеялом.
— Ты все-таки такой удивительный, Потти. Мне будет так жаль… — Драко уже почти спит, и кажется, не отдает себе отчет в том, что говорит это вслух. Мысли Гарри холодеют, и он пытается уснуть вместо того, чтобы растрясти Малфоя и спросить, когда ему будет жаль и чего.
Комментарий к 7
Буду счастлива, если хоть кто-то прокомментирует детективную линию…