— Знаешь, что меня больше всего тревожит, Гарри? — спрашивает Драко, когда мастер объясняет, как ухаживать за кожей и называет цену, уже прощаясь.
— Что?
Они медленно идут по уже совсем ночной улице, направление почти случайное, просто стоять нет сил — оба нуждаются в движении, будто их шаги отдаляют их от прошлого, оставшегося наконец лишь воспоминанием.
— То, что я обрёл свободу за чужой счёт. За счёт тебя и Северуса.
Гарри какое-то время молчит, а потом останавливается, заключает его лицо в ладони и заставляет смотреть в свои глаза.
— Это был наш выбор, Драко. Мой и профессора. Ты спас множество жизней, Драко, ты сделал в одиночку то, что весь департамент не мог сделать годами — убрал ПСов с улиц. И в твоей жизни никогда не было человека, который был бы всегда за тебя после смерти сестры. А ты такого человека, таких людей, заслуживаешь, как никто другой. И теперь эти люди в твоей жизни есть. Профессор справится, и если быть честными, — это куда больше его война, чем твоя. Да, — он кивает, — и чем моя тоже. Я рад, что я смог тебе помочь, я рад, что те годы усилий, которые шли в молоко на службе в участке, наконец, принесли свои плоды для того, кто действительно имеет значение, кто действительно дорог. Мне жаль, что я не могу быть настолько же откровенен с тобой о той, другой работе. Но все, что без грифа, — оно для тебя нараспашку. Спасибо, что… Спасибо, что показал мне, каково это — иметь счастье. Так что теперь вместе. Только так.
Малфой закрывает глаза.
— Хочу в постель. Хочу тебя. И думаю, могу рассчитывать на отпуск, чтобы скрасить твое свободное время. Есть вариант, как поторопить Блэка с оформлением?
— Найдём…
***
— Зайди к нам в гости, милый, — Гарри шепчет на ухо Нотту, пользуясь тем, что они возле бара, откуда доносится громкая музыка, зазывая посетителей.
Ещё пару секунд назад он махал Малфою рукой с положенных ему пятидесяти метров, показательно задевая шею, имитируя ошейник, будто напоминая о своем обещании, и улыбался. Он гордился тем, что за эти две недели осени ни одного из людей, которых он нанимал для слежки, не спалили, и уже планировал свое новое развлечение. Драко Малфой может сколько угодно играть в то что он там сейчас изображает, но он то знает, чего его плохой мальчик хочет на самом деле. А вот шепот этот стер улыбку с лицо Тео.
— Хочешь, сегодня ночью, хочешь как-нибудь потом. Я ещё не выбрал, кто из нас двоих тебя застрелит, но лично для себя я уже наметил прекрасное место у тебя над левой бровью. Моя пуля проделает самое полезное отверстие в твоей голове. Но если Драко очень захочет, так и быть, я ему уступлю.
— Ты мне угрожаешь? — визжит Нотт, и сам он не очень гордится тем, как прозвучал его голос.
— Я тебя приглашаю. Ты ведь напрашиваешься… Парни твои работу свою сделали, теперь дело за тобой. Ты не сможешь нас удивить. Но порадовать — точно тебе под силу. Заходи к нам в гости Тео, наши стволы всегда тебя ждут. И это не о сексе… Адрес ты знаешь…
Следующим утром Потти пришло сообщение от Луны о том, что Теодор Нотт покинул штат и отправился в Европу.
— Ну зачем ты… — Малфой притирается к нему, заставляя кровь разогнаться, а тело ожить под настойчивыми руками.
— Я знаю, что тебе понравилось выражение его лица…
— Ну, конечно… Но он бы успокоился…
— Родной мой, год прошел. И не успел он вернуться из Мексики, как тут же стал проявлять неуместный интерес к мужчине, которого я люблю.
— Ух, какой ты у меня собственник…
— Я люблю, когда ты можешь расслабиться под моими руками, люблю, когда ты смеёшься, и люблю, когда забываю свое имя и не могу сидеть на жёстком офисном стуле после твоих проявлений собственничества. А он занимал часть твоих мыслей. Не вариант, — Потти пожимает плечами, делая это если не шуткой, то чем-то видимо-незначительным. Но это не так. Малфой действительно понимает, что Гарри у него под кожей. Потому что Тео вводил Малфоя во фрустрацию, и его появление будто вернуло его на три года назад. Туда, где он больше никогда не хотел оказаться. И это вообще не про секс — с Гарри ему всегда было достаточно. И брать, и давать. Они словно всегда оказывались на одной волне, и когда Драко нужно было почувствовать себя любимым, не было ни мгновения, когда Поттер на уровне же предощущение не давал это. Но Гарри никогда не боялся быть ведомым, и видеть, как Потти кайфует от его члена в заднице, было сакраментальным. То настоящее, что у них было, казалось иногда нереальным — настолько Малфой был счастлив. И от безумного поступка Гарри — прямой угрозы его бывшему мужу — Драко на самом деле был в восторге. От его силы, от его властности и от того, что Поттер никогда не боялся заявлять свои права на него.
— Спасибо…
— Джинни скоро приедет… — бормочет Гарри, всерьез оценивая, успеют ли они немного побыть вместе, или лучше выбираться из кровати.
Когда его бывшая узнала, что он живёт с Драко, она была похожа на ведьму. А узнав в Малфое того «доктора», который помог ей с бумагами в больнице, вообще вышла из себя. Драко молча выслушал поток ее воплей и попросил несколько минут наедине, и был снова шокирован тем, насколько Поттер ему доверяет. Потому что тот просто вышел из квартиры, позволяя им поговорить. Что бы Драко ни сказал ей, она ушла злая, но задумчивая. А потом, спустя буквально полтора месяца, попросила присмотреть за детьми. Сама. Оказалось, что Молли уехала в круиз, детей оставить не с кем, а что там с няней, Гарри так и не понял. Зато все выходные от провел с сыном и дочкой. Правда, едва не ударил Малфоя, когда тот попытался собрать дорожную сумку, чтобы уехать на эти пару дней. Не сказать, чтобы сейчас они с Джиневрой помирились, но они нашли свой баланс, когда женщина поняла, насколько бывает полезным иметь возможность оставить детей с отцом, когда нужно устроить свою личную жизнь без материнских нотаций о нравственности. Более того, они всерьез обсуждали возможность обучения Джеймса в городе, особенно учитывая уже более стабильную личную жизнь Джинни и постоянные требования ребенка жить с папой. Они с Драко нашли общий язык с первого дня знакомства, и с каждым месяцем бывшая Поттер все больше задумывалась над тем, чтобы сын жил с ними, пока учится.
— Скажи мне честно, Драко… Этот Крам… Это ведь его фото было у тебя в выпускном альбоме?
Малфой вздыхает и немного отстраняется от теплого тела.
— Его. Он должен был мне услугу, и когда я покупал «выигранный» круиз для Молли в его агентстве, подумал, что могу взять с него старый школьный должок. Нужно же было напомнить твоей стерве, что у нее жизнь тоже не закончилась, и когда-нибудь твоя помощь с детьми будет актуальной… Но я понятия не имел, что его младший прыщавый братишка окажется настолько предприимчивым. Нужно купить ему хорошего джина… Я умею быть благодарным…
Гарри несколько минут пораженно смотрит в потолок, оценивая, какую авантюру для него провернул любимый. Поттер и не надеялся на то, что сможет общаться с детьми, пока они не вырастут достаточно, чтобы самим принимать решения. А Драко сделал это реальным. Драко вернул ему детей.
— Я тоже, Драко… — выдыхает он. — Выходи за меня… — он поворачивается к Малфою, требовательно глядя в глаза. Тот минуту молчит, а потом смеётся.
— Ты предлагаешь мне брак из благодарности?
— Нет, — тянет Гарри, а потом опрокидывает Драко на кровать и прижимает к ней, намереваясь вырвать из него согласие. — Я просто хочу быть уверенным, что у меня будет возможность выражать тебе свою благодарность всю нашу жизнь…
— Будет, — кивает Малфой и обнимает Потти крепче. — Мне такая возможность тоже нужна.