Ее присутствие спасло его.
Уркот прерывисто вздохнул и крепче прижал ее к себе.
Формирователь, укрой нас. Защитник, огради нас. Копатель, проводи нас домой.
Чем скорее они выберутся из этого места, тем скорее смогут начать ту жизнь, к которой оба стремятся. Тем скорее он сможет насладиться своей парой без всех этих опасностей и беспокойств.
Они с Келли отодвинулись друг от друга, и, несмотря на необходимость двигаться дальше, он обнаружил, что его внимание снова переключилось на останки тернового черепа. Что-то было рядом с одной из костяных рук, что-то, не похожее на камень или кость врикса.
Наклонив голову, Уркот присел и стряхнул пыль с предмета.
Несмотря на то что он был изношен и потускнел от времени, Уркот сразу понял, что за предмет перед ним — рог ятина, которому придали форму кирки. Стертый кончик указывал на то, что им часто пользовались. От шелка, которым, должно быть, она крепилась к деревянной рукояти, остались только истрепанные нити, от самой же рукояти не осталось и следа. Он не знал, сколько времени должно было пройти, чтобы дерево сгнило, но чувствовал, как на него давит тяжесть бесчисленных лет.
Насколько он знал, терновые черепа не были склонны прорывать глубокие туннели, в отличие от теневых охотников. Он не мог с уверенностью сказать, всегда ли это было правдой. Но не похоже, чтобы этого тернового черепа притащили сюда странники духа — похоже, он прокладывал туннель. Был копателем.
Это означало, что поверхность должна быть рядом.
Еще одним доказательством этого были шкуры в улье странников духа и туши, принадлежавшие зверям джунглей, что несла охотничья партия.
Уркот не мог предположить, как глубоко они с Келли спустились, как далеко ушли, но они должны были быть близки к выходу.
Поднявшись, он шагнул обратно к Келли и провел тыльной стороной пальцев по ее щеке.
— Пойдем, самка. Давай найдем путь домой.
Она улыбнулась и кивнула.
— Давай убираться отсюда к чертовой матери.
Бок о бок они вернулись в главный туннель. Только сейчас Уркот заметил многочисленные признаки того, что этот проход был расширен руками вриксов. Как он мог не заметить отметины от кирки и зубила на стенах?
Сквозняк усиливался по мере того, как они двигались вперед, как и слабый аромат джунглей, который он нес с собой. Они шагали мимо других проемов и древних, сгнивших бревен, которые давным-давно были положены в качестве опор, безошибочно ведомые потоком воздуха.
— Ты молчишь, но я чувствую твое волнение, — сказала Келли. — Эти старые опорные балки похожи на те, что были установлены терновыми черепами там, где мы впервые вошли. Мы близки к выходу, не так ли?
Со щебетанием он ответил:
— Я думаю, что да.
— Подожди, правда?
— Да.
Келли затопала ногами и с легким визгом захлопала в ладоши, слегка отставая от Уркота.
— Слава Богу, слава Восьмерым, слава тому, кто, черт возьми, нас слушает, что мы наконец…
Ее внезапный крик оборвал слова, пронзив сердца Уркота и разлив холод в его крови.
Что-то заскрежетало по камню, за чем последовал глухой, тяжелый удар, прервавший крик Келли. Уркот развернулся как раз вовремя, чтобы увидеть ее на полу. Ее широко раскрытые, полные паники глаза встретились с его.
— Уркот! — закричала она, хватаясь за землю, прежде чем ее утащили в тень боковой пещеры и она исчезла из виду.
ГЛАВА 26
Ужас угрожал полностью овладеть Уркотом. Бесчисленные темные мысли кружили в его голове, как падальщики, поджидающие умирающее животное, в мгновение ока готовые наброситься на него и сожрать.
Его пару похитили прямо у него на глазах.
Его пару похитили.
Ничто не отнимет ее у меня!
Грубая, могучая ярость сменила его страх. Он помчался за Келли.
Запах человеческой крови поразил его, когда он достиг проема и ворвался в маленькую пещеру.
Ее освещал только кристалл, выпавший из руки Келли, и мерцание самца-странника духа. Бледный врикс склонился так низко, что почти лежал на животе, двумя когтистыми руками вцепившись в ногу Келли, притягивая ее ближе, как будто он тянул за шелковую веревку, чтобы притянуть пронзенного копьем зверя.
Келли боролась, крича, пока ее пальцы царапали по полу пещеры в поисках опоры. Она отчаянно пнула свободной ногой. Ее ботинок попал в лицо рычащему самцу. Щелкнув жвалами, странник духа протянул руку выше, прочертив когтями по ее уже окровавленной икре. Келли вскрикнула, и еще больше блестящей крови пролилось на камень.