— Спёр где-нибудь, — безапелляционно заявил Янка.
— Я тоже так думаю, — согласился Александр Оттович. — И даже наверняка! Словом, узнав о том, что это копье — редкость, я, как только устроил все свои дела, пошел и сдал его в музей. Вот и все.
— И больше ничего? — с тайной надеждой спросил Генка.
— Больше ничего.
— Мало! — решительно сказал Янка.
— Я и сам вижу, что мало. Но мне думалось, что это вам все же кое-что даст.
— М-да… — задумчиво произнес Сергей Петрович. — Эсэсовец — историк… Это любопытно… Очень даже любопытно… Но, увы, — не может помочь нам в поисках наконечника.
Последнюю фразу Сергей Петрович проговорил машинально, собираясь с мыслями. Он напряженно думал. Что же теперь делать с ребятами, особенно с Янкой? Их недавний интерес заметно остыл. Придется еще что-нибудь предпринять, продолжить поиски в каком-то ином направлении.
— Вы уж извините нас, — сказал Сергей Петрович, поднимаясь с дивана. — Очень жаль, что все так кончилось.
— Мне тоже очень жаль. Скажу откровенно, вы мне очень понравились. Идемте, я провожу!
Они вышли в коридорчик. Гуськом, во главе с хозяином, пошли к двери, Александр Оттович щелкнул английским замком. Сергей Петрович собрался было открыть дверь, чтобы уйти, но инженер вдруг хлопнул себя ладонью по лбу и воскликнул:
— Ба-ба-ба! Погодите, погодите… А кроме вас, поисками пропавшего наконечника никто не занимается?
— Кроме нас? — удивленно переспросил Сергей Петрович. — Насколько мне известно — нет!
— Про него никто, кроме нас, и не знает вовсе, — сказал Генка.
— Только Рыжий, — уточнил Янка, — но Рыжий не в счет… Он уже попал в хорошую переделку.
— Помолчите, ребята, — остановил друзей Сергей Петрович и обратился к инженеру:
— А почему вы об этом спросили, Александр Оттович?
— Дело в том, — смущенно почесывая переносицу, ответил инженер, — что, сказать по правде, ко мне насчет этого злополучного копья приходят вот уже во второй раз.
— Второй раз? — в один голос воскликнули гости.
— Значит, к вам уже приходил кто-то? — живо спросил Генка.
— Да, да… Совсем из головы вылетело, — извиняющимся тоном произнес Александр Оттович. — Примерно месяц назад ко мне приходил один человек, который тоже спрашивал насчет копья Черного Принца.
— Вот это да! — воскликнул Янка.
— Здорово! — добавил Генка.
— А вы не можете нам описать внешность этого человека? — попросил Сергей Петрович. — И его внешность, и что именно он говорил.
— С того момента, как я сдал копье в музей, как вы знаете, прошло больше одиннадцати лет, — ответил Александр Оттович. — И вдруг ко мне является такой небольшой, пожилой мужчина, называет себя любителем старины и говорит, что в моей комнате находится копье, на которое он хотел бы взглянуть. Я ему рассказал о том, что случилось с копьем, и он ушел.
— Небольшой и пожилой? — захлебнулся Генка. — А вы бы его узнали?
— Конечно.
— Иностранец? — выпалил Янка.
— Нет, здешний, судя по всему… А если иностранец, то прекрасно владеющий нашим языком.
— А он очень хотел увидеть копье? — продолжал свой допрос Генка.
— Нет, не очень. Когда я объяснил, что копье в музее, он сразу успокоился и сказал: «Спасибо, а то я думал, что оно пропало».
— Вот как! — невольно воскликнул Сергей Петрович.
Новая подробность была очень важной. Генке буквально не стоялось на месте. Он рвался вперед, еще не зная сам, куда.
Простившись с хозяином, гости вышли на улицу. Было темно, холодно, падал мелкий колючий снег. Выйдя из подъезда, все трое остановились. Надо было обдумать план дальнейших действий. Сергей Петрович выжидательно смотрел на ребят. Ему хотелось, чтобы они сами предложили что-нибудь. Генка съежился, поднял воротник повыше и принялся размышлять. Только один Янка дал волю своим чувствам. Он сбил варежкой снежную шапку с каменного льва и закричал на всю тихую и темную улицу:
— Ура! Это мне ужасно нравится!