- На нифрил накладывают приказы, - ответили из класса.
- Верно. Мы можем наложить на нифрил приказ, и этот приказ будет храниться на камне до тех пор, пока мы его не сотрем или не перезапишем другой приказ. А это возможно потому, что нифрил создает особое поле в виде ячеистой решетки. Здесь на доске нарисована решетка копеечной монеты. Кто-нибудь знает, почему я заштриховала одну ячейку?
- Потому что ячейки работают только парами.
Таиссия снова повернулась к доске и стерла перегородки между некоторыми ячейками. А затем пронумеровала получившиеся пары.
- Итак. Чтоб принять на себя любой даже простейший приказ, требуется пара ячеек. У копейки таких пар четыре.
- А как же еще одна ячейка, которая без пары? - спросил кто-то.
- Она бесполезна. Поэтому я ее и закрасила.
Она начала рисовать на доске другую решетку, немного больше первой, с гранями четыре на четыре.
- А вот такую решетку образовывает двухкопеечная монета, - сказала она, когда рисунок был готов.
- Шестнадцать ячеек. Восемь пар! - послышалось с мест.
- Совершенно верно. Восемь пар. И если четыре пары составляют копейку, то восемь пар...
- Две копейки!
Без дальнейших пояснений Таиссия нарисовала следующую решетку размером пять на пять.
- Двадцать пять ячеек, и одна лишняя.
- Двадцать четыре ячейки, двенадцать пар, три копейки!
- Хорошо, - сказала Таиссия, - порядок вы уловили. Тогда может быть кто-то скажет мне, какая монета будет следующая?
- Шесть на шесть - тридцать шесть. И делим на восемь.
- Получается четыре с половиной копейки, - кто-то засмеялся
- Такой монеты не бывает! - класс загомонил.
- Правильно, - согласилась Таиссия, успокаивая класс, - Такой монеты не бывает, потому что больший камень начинает образовывать трехмерную решетку. Взгляните еще раз на трехкопеечную решетку. Если вместо квадрата мы возьмем куб с тем же количеством граней, что мы получим?
- Трехкопеечная решетка, помноженная на пять. Пятнадчик!
- Правильно пятнадчик. А у полтинника и у рубля решетки еще сложнее. Их трехмерная решетка получает дополнительный, так называемый «гала-эффект». И так всегда бывает с нифрилом. Когда нам кажется, что мы нашли закономерность, которую сможем распространить на камень любого размера или объема, действительность рушит наши построения. Нифрил был и остается самым загадочным веществом, и от этого стремление разгадать его тайны только возрастает.
Хотя Ольха уже знала большую часть из того, что рассказывала Таиссия, лекция ее захватила. Особенно ее поразили объяснения, почему для хранения в нифриле одного образа, требуются как минимум две ячейки. Таиссия сказала, что нифрил является естественным проводником в некий потусторонний мир. Именно из этого «параллельного» мира черпается особая сила для заклятий и там же хранятся образы. Таким образом, ячеистая пара подобна двум окнам, распахнутым в разные миры, - одна из нашего мира в другой, вторая из того мира в наш. И эти «пары» позволяют перемещать образы и силу из мира в мир.
Когда закончился учебный день, она собиралась еще посидеть в библиотеке, но сил на это не осталось. Она поднялась на замковую стену, с которой были видны окружавшие академию военные лагеря, в которых велась подготовка копейщиков, стрелков и конницы. До темноты она смотрела издалека как в одном из лагерей новобранцы учатся боевому построению. Ей невольно вспомнился паренек, встреченный недавно в Невине на конюшне, и показалось даже, что она его узнает, стоящим во главе замыкающей десятки пехотной роты.
Глава 11
Глава 11. Подготовка обоза.
Верес шел быстрым шагом по двору своего замка, обходя подводы с оружием и обработанным нифрилом. Отборные конные сотни мангустов уже выстроились в ожидании, готовые погнать конвой в земли Азума. Следом за Вересом шел его личный писарь с амбарной книгой, громко и торопливо зачитывая содержимое подвод. Дальше следовал ханский посол, который должен был принять обоз под свою ответственность.
- Этого недостаточно, князь, - в очередной раз заявил посол, - Вы, знаете, Азум-хан будет очень недоволен.
- В таком случае, придется подождать с отправкой, - Верес остановился и повернулся лицом к послу.
- Мы не можем больше ждать! - сердитый голос посла взвился, - Я буду вынужден сообщить хану о несоблюдении подчиняющего договора!
Верес знал, чего добивается представитель Азума. Жадюга хочет запустить свои лапы в личную оружейную волчьего князя. Скрепя сердце, Верес уже преподнес ему совершенный клинок, сработанный тяжким трудом мастера в снежном высокогорье. И уже почти пожалел об этом. Подарок только еще больше разжег алчность посла, и теперь тот хотел получить еще.