Незнакомец сменил позу, закинув ногу на ногу.
- Не скрою, мы стали следить за вашим батюшкой, как только он попал в поле зрения хранителей ключей. Но невероятная удача и покровительство провидения сопутствовали ему в расследовании. Когда он подошёл слишком близко к «вратам истины», мы решили, что лучше иметь такого человека в союзниках, чем в числе врагов.
Загадочность некоторых слов и выражений, казалось, ничуть не удивила генерала. Это не ускользнуло от внимательных глаз человека в маске.
- Я вижу, вы имели доступ к архиву отца и читали, если не всё, то большую часть его бумаг…- ровный голос незнакомца говорил о том, что эта реплика не вопрос, а утверждение.
Мерон продолжал хранить молчание. Его собеседник пожал плечами и продолжал:
- К сожалению, быстрые передвижения Жильбера Мерона по городам и весям, смена стран, болезни и, наконец, внезапная смерть не дали нам возможности познакомиться с ним ближе. И всё же надо честно признать - он не предпринимал никаких действий, чтобы как-то навредить нам.
Произнеся слова, лестные для генерала, человек немного подумал и сказал:
- Хотя мог. За такую информацию любая газета Европы отдала бы целое состояние. А ведь он нуждался... – неизвестный снова посмотрел на Мерона. - Вы тоже, генерал, сохранили эту информацию под печатью молчания. Ваши действия достойны благодарности и уважения.
Пленник решил поправить незнакомца.
- Это всего лишь здравый смысл. Жильбер Мерон слишком много отдал за право обладать этой тайной, и я не вправе делать из неё объект купли-продажи. А потом, шесть покушений на отца приучили меня к осторожности.
- Вы правы, мой друг. Такая предусмотрительность делает вам честь.
Человек встал и принялся мерить шагами пространство комнаты.
- Но! – он сделал длинную паузу. - Мир меняется слишком быстро. Старые, вернее сказать – вечные - христианские ценности подвергнуты испытанию временем и дилетантской ревизии усилиями нечистоплотных в вопросах веры людей. Деньги стали эквивалентом всего. Долга, информации, морали, политики, чести и власти. Всё меньше достойных и избранных, которые в состоянии взвалить на себя груз ответственности за тайну, всё меньше желающих держаться за нить, ведущую к откровениям. Наша ставка на масонов, как наследников славы и дела тамплиеров, которые подняли знамя, когда-то утраченное Орденом, не оправдалась. Те основные правила, которым подчинялись рыцари Храма, а за ними и масоны, оказались бесполезны перед натиском алчных и беспринципных банкиров. Принципы свободы, равенства и братства подвергнуты испытанию казнокрадством и мздоимством. Они стали, как вы выразились, объектом купли-продажи.
Высокая тень незнакомца нависла над Мероном.
- Увы, слаб человек и ещё не готов к познанию истин и обладанию светом. Наши поиски храбрецов, достойных держать в руках путеводную нить, привели к вам.
Удивлению генерала не было предела.
- О какой нити вы тут ведёте речь? Кто вы? Почему я?
Незнакомец отошёл в сторону, давая возможность солнечным лучам осветить лицо Мерона.
- Потому, что у вас – глаза честного человека. Потому, что ваш род – сопричастен к тайне. Потому, что вы унаследовали упорство, незаурядный ум, волю и решительность вашего отца. Иначе вы бы не были заслуженным генералом, одним из лучших в войсках русского императора.
- Да кто вы, чёрт побери? – Мерон со свойственной ему настойчивостью пытался заставить собеседника раскрыть карты.
- Ваш напор и хорошо рассчитанная горячность скрывают незаурядный ум. Нам это нравится. Хитрость, направленная на достижение цели – похвальна. А целеустремлённость в сочетании недостойных средств – опасна. Но, как бы то ни было, я думаю, вы давно догадались… Слово «приорат» вам ничего не говорит?
Заметив еле заметную гримасу на лице пленника, человек рассмеялся:
- Я ведь давно подозревал, что вам известно гораздо больше, чем могло показаться моим осведомителям, – он успокаивающе поднял руку. - Нам не нужны архивы вашего отца. Пусть они останутся у вас. Время доказало, что вы умеете хранить не только военные тайны. Вы думаете, мы не знаем, что они покоятся в одной из номерных ячеек уважаемого нами швейцарского банка? Для Ордена не составило бы труда узнать шифр доступа и изъять документы, но, думаю - там для них пока самое надёжное место. Пусть ваши бумаги, где содержатся наши секреты, служат знаком доверия, которое мы собираемся вам оказать.