Назад взяли направление на видневшуюся макушку буровой вышки.
8. ПЕЩЕРА
Елизавета Петровна хвалила уху.
— Давно такой не ела, — причмокивая языком, говорила она. — Чувствуется, готовили мастера.
Друзьям от похвалы — приятно. Тетя Лиза в прекрасном настроении. Ребята, как и рассчитывали, пришли раньше, приготовили ужин, припрятали инструменты, на душе теперь спокойно.
— Снова погода стала заходиться, — глядя в окно, сказала Елизавета Петровна.
— Как — заходиться? — поинтересовался Степка.
— Сильный ветер будет с дождем. Или без дождя. Но что-то будет. Видите, небо вокруг солнца начинает темнеть.
Друзьям такое сообщение сразу испортило настроение. За домиками во мху лежали ломик, тонкий буксирный тросик. Запаслись они спичками и паклей, приготовили флакон бензина. Так как электрического фонарика нигде не нашли, решили пользоваться факелом. А если снова пойдет дождь с ураганным ветром, поход придется отменить. А время… До отъезда домой им остались считанные дни.
Ночью ребята проснулись от стона ветра. По окнам хлестали струи дождя. На улице было темно.
— Пойдем дождем, — решил Степка.
— Может, к утру перестанет, — выразил надежду Санька.
— Не перестанет, все равно пойдем. На это надо настроиться. Идти во что бы то ни стало.
— А если тетя Лиза не пустит?
— Она же на работу пойдет.
Под завыванье ветра снова уснули.
Утром Елизаветы Петровны дома уже не было. На кухне, на газовой плите, в кастрюльке стоял приготовленный на завтрак суп, чайник был еще горячий. Перекусив, друзья потеплее оделись, взяли с собой болоньевые накидки и выскочили на улицу. Дождь не прекратился, но ветер немного стих. Частые холодные капли дождя падали с северной стороны, били в лицо. Прихватив за домиком спрятанные инструменты, Степка и Санька, как и вчера, пошли к горе напрямик. Путь этот был ближе и ровнее.
Шагали рядом, изредка перекидывались короткими фразами. Неприятный дождь заставлял отворачиваться в сторону, болоньевые накидки вскоре промокли, сковывали движения. Вода затекала за воротник, брюки на коленях прилипли к телу.
— Не заблудить бы! — крикнул Санька.
— Не заблудим, — повысил голос Степка. — Ориентир хороший — косой дождь.
Они оглянулись назад. Буровая вышка исчезла из виду. Опустив головы, они пошли дальше, упрямо месили грязь, отдаляясь от базы все дальше и дальше. Им казалось, что давно уже должны бы появиться горные хребты, но их не было. Через несколько сот метров приблизились к Морошке.
— Вот те на, — сказал растерянно Санька. — А где же гора?
Степка недоуменно повертелся на месте. Ветер и дождь усилились. Вокруг ничего не видно. Седая пелена окружала их.
— Мы, непонятно как, обошли озеро, — стал рассуждать Степка. — Гора от речки должна быть расположена вверх. Поищем следы от вездехода.
Отошли от речки повыше и на небольшом расстоянии друг от друга стали осматривать грунт. Через несколько минут Санька наткнулся на вчерашний след. Сплошная ровная водяная лента тянулась в сторону базы.
— Отсюда пойдем чуть правее и вверх, — сказал Степка.
Ветер трепал полы болоньевых накидок, в сапогах чавкала вода. Но от сердца отлегло. Дорогу и ориентир нашли. По подсчетам, осталось идти не так много. Через несколько сот шагов Санька вдруг остановился. Показал рукой вправо.
— Смотри!
Степка повернул голову и мгновенно расчехлил топорик.
— Волк!
Мурашки у обоих пробежали по коже.
— На двоих он не нападет, — стал успокаивать Степка. — И не сидится ему, гаду, где-нибудь в тепле.
Волк тоже остановился, сел на задние лапы. Настороженные, злые глаза следили за движениями ребят, он поднял вверх морду, словно что-то вынюхивая. То вдруг на загривке дыбил мокрую темно-серую шерсть, оскаливая пасть, тихо выл… Так близко Степка и Санька зверя видели впервые.
— Он от нас не отстанет, — забеспокоился Санька.
— И бояться его нечего. У нас есть чем защищаться. Держи удобнее ломик, — настраивал себя Степка.
— А вдруг их стая?
Степка промолчал. Кто его знает, как ведут себя волки в тундре? Тетя Лиза, собственно, предупреждала, что в тундре можно встретить всякого недружелюбного зверя. Даже медведя. Но как вести себя с ними?
— Пошли дальше, — как можно спокойнее сказал Степка. — Не трогать его — и отстанет…