Девушка осторожно выбралась из тоннеля, ежесекундно прислушиваясь, не раздадутся ли шаги или звуки голосов. Тишина. Теперь, когда паника немного ослабла, боль в лодыжке удвоилась. А путь до вершины холма, с которого она скатилась за пару секунд, занял у нее минут двадцать.
Наверху она остановилась, чтобы отдышаться. Приходилось все время отмахиваться от назойливой мошкары. В лучах вечернего солнца стволы отбрасывали элегантные тени. Значит, прошел не один час. Остается надеяться, что ее преследователи сдались.
Знать бы, куда исчезла Каллиопа. Возможно, она тоже прячется в лесу.
Джемме казалось, она помнила, откуда пришла. Значит, чтобы не вернуться к амбару, она должна идти в противоположном направлении. Раз они наткнулись на одну ферму, значит, здесь есть и другие. По крайней мере, так она себя успокаивала. И лучше бы там оказались все блага цивилизации и никто не считал ее убийцей. А еще лучше будет, если она найдет трассу, где полно машин и нормальных людей: мамашек, везущих своих отпрысков на футбол, испуганных начинающих водителей и дантистов.
Она поклялась самой себе, что, если каким-то чудом вернется домой, никогда в жизни больше не пожалуется на скуку. Она мечтала скучать каждый божий день до конца своих дней и в конце концов умереть от скуки. Буквально.
Итак, Джемма снова пустилась в путь, прихрамывая и опираясь на палку, которую нашла в подлеске. Дважды ей пришлось останавливаться, чтобы перемотать повязку на ноге. Получалось очень неуклюже, ведь нужно было обходиться одной дрожащей рукой. Отек не спадал, и это пугало.
Мили оставались позади одна за другой, но Джемму по-прежнему окружали лишь крепкие стволы дубов, кленов и берез. Их ветви плотно сплетались над головой, с трудом пропуская солнечные лучи. Как-то раз вдалеке мелькнул олень. Время от времени на ее пути встречались старые каменные фундаменты, оставшиеся здесь, должно быть, с незапамятных времен. Она все твердила себе, что скоро, скоро, совсем скоро выйдет к дороге.
Наступил вечер. Тени приобрели синеватый оттенок. Несколько раз ей мерещился отдаленный шум трассы. Вот там, за той группой деревьев, она точно слышала автомобильный гудок. Жутко болела голова, и отчаянно хотелось пить. Она уже давно плакала на ходу, и сквозь слезы верхушки деревьев порой казались ей крышами домов или проводами. В наступающих сумерках обмануться было еще легче. Она где-то потеряла и вторую сандалию, но снова ничего не заметила.
А потом стало темно.
Джемма кричала и громко звала на помощь. Уже не заботило, кто ее найдет, и она жалела, что пустилась в этот побег. Она кричала, пока не охрипла, но никто так и не отозвался.
А потом она увидела в отдалении настоящий дом. Крыша его поросла травой, и все же это было жилище. Нет… даже не один дом. Три домика теснились на небольшой поляне, словно сказочные избушки, по мановению волшебства возникшие в лесной чаще.
Не будь она в таком отчаянии, сразу бы заметила заколоченные окна, сорвавшиеся с петель двери и прогнившее дерево. В этом селении никто не жил уже много лет или даже десятилетий.
Не будь она смертельно уставшей, она бы заметила и старый колодец, едва прикрытый ветхими досками.
Но она страшно устала и совсем отчаялась, а в лесу было так темно.
Джемма наступила на край круглой кладки и взглянула под ноги, но было слишком поздно. Прогнившие доски не выдержали ее веса, и девушка рухнула вниз, в раскрытую пасть темного тридцатифутового колодца.
Часть третья
Глава 22
Почти в тот же самый момент, когда Джемма упала, Кристина и Джефри Ивз подъехали к полицейскому участку города Браунсвилла, штат Пенсильвания, который находился в каких-то десяти милях от центра природного заповедника Секвойя Фолз, где на дне заброшенного каменного колодца без сознания лежала их дочь.
Один из многочисленных осведомителей мистера Ивза среди людей в погонах сообщил, что люди Саперштайна могли перепутать Джемму и Пита со сбежавшими репликами. За день до этого они побывали в Ланкастере, но обнаружили там лишь руины. Место, где Саперштайн зализывал раны и безуспешно пытался найти новые источники финансирования, было уничтожено взрывом. Кристина отказалась даже думать о том, что тело ее дочери может находиться среди других останков, извлеченных из-под обломков.
Капитан Агравал провел их по длинному темному коридору, и они оказались в мрачной комнате без окон, где обычно допрашивали свидетелей.