Какая-то девушка попыталась помочь ей, но толпа продолжала двигаться и оттеснила ее в сторону. Все вокруг кричали, кто-то пнул ее в ребра, и она уже не могла встать. Сквозь толпу она увидела, как Орион накинулся на парня с рюкзаком. Какая-то девушка закричала. Теперь Орион дрался уже с тремя. Губы у него были разбиты в кровь. Она пыталась восстановить дыхание, чтобы закричать. Двое схватили Ориона сзади под руки, а третий бил коленом в грудь. Он упал на колени, отплевываясь кровью, но она не могла подобраться к нему, вокруг по-прежнему были люди.
Кто-то подхватил Лиру под локоть и рывком поставил на ноги. Она наконец хватила ртом воздуха, и на глазах выступили слезы.
– Ты в порядке? – прокричал ее спаситель. На его лице были очки, в которых осталось только одно стекло. Она узнала в нем парня, которого недавно сшибли с ног. Он поддерживал ее под руку, пока Орион пробирался через толпу. – Животные! – закричал парень. – Вы все просто животные!
Лира видела в толпе охранников, но мужчины с рыбьими глазами уже не было.
Лицо Ориона опухло, и Лира понимала, какую боль причиняли ему ушибы и ссадины. Щека у него была порезана. У одного из парней, которые били его, на руке было кольцо.
– О господи. Надеюсь, вы не из тех, кто выступает «за», – ужаснулся парень. – Пойдемте со мной. Нужно выбраться отсюда, пока эти психопаты не устроили настоящую резню.
Глава 14
Его звали Себастиан, и с его помощью они кое-как выбрались из толпы, которая казалась с расстояния единым, голодным, жаждущим крови организмом.
Лира все еще дышала с трудом. Она то и дело оглядывалась, высматривая мужчину с рыбьими глазами или его спутницу. Ей казалось, что кто-то наблюдает за ними со стороны. Так она всегда чувствовала невидимое присутствие Стеклянного глаза в Хэвене.
– Животные, – снова повторил Себастиан, когда они отошли на несколько кварталов и шум толпы начал стихать.
Лира с удивлением обнаружила, что в мире все по-прежнему шло своим чередом. Светило вечернее солнце, машины медленно ехали мимо.
Орион молчал. Его левый глаз совсем заплыл. Когда он остановился и сплюнул кровь на тротуар, парень покачал головой.
– Тебе нужно приложить лед. И промыть рану, чтобы не занести инфекцию. Я учусь на медицинском, – добавил он в ответ на вопросительный взгляд Лиры. – И живу за углом. Я могу помочь.
Лира не совсем понимала, приглашение ли это. Но парень пошел дальше, и Орион, к ее удивлению, молча последовал за ним.
Себастиан жил в маленькой яркой квартирке на третьем этаже, прямо над кафешкой, где подавали сэндвичи. Кругом на полках стояли книги. И даже пахло здесь книжным переплетом. Солнце вливалось через окно золотыми полосками, выхватывая клубки пыли в углах. В ослепительных солнечных лучах разглядеть больше не получалось.
– Мой сосед по комнате – с филологического, – объяснил Себастиан, заметив, что Лира проводит пальцами по корешкам книг. – Можете себе представить, он все еще читает бумажные книги! Прямо девятнадцатый век какой-то.
Внезапно перед глазами у Лиры поплыли черные круги. Пришлось ухватиться за край стола, чтобы удержаться на ногах. Побочные эффекты. Нет, скорее, симптомы.
– Можно мне в туалет? – спросила Лира.
У Себастиана было столько вещей, что голова шла кругом. Книги, кружки, фотографии в рамках, монетки, разнообразные маленькие фарфоровые баночки и фигурки. Она слышала, как все они кричали, жаловались, что забыты, заброшены. Ей так хотелось впитать каждую деталь, поглотить всю комнату, каждую маленькую вещичку, словно магическое зелье, которое наконец превратит ее в человека.
– С тобой все в порядке? – спросил Себастиан, и Лира впервые заметила, как хорошо он одет. Какая у него красивая одежда, как отлично она сидит на нем. И каким здоровым он выглядит.
– Туалет, – с трудом выговорила она, чувствуя, как подступает рвота.
В ванной она открыла кран и позволила себе освободиться наконец от накатывающих волн тошноты и темноты. От них жгло в горле и пахло Хэвеном. Они не смогли найти доктора Саперштайна, не смогли спасти Рика, Джейка Витца, Кассиопею на болотах. Куда бы они ни пришли, за ними тянулся шлейф смертей.
И впереди ее тоже ждала смерть.
Она села на пятки, дожидаясь, пока комната перестанет кружиться. Ее лицо было мокрым от слез. Зеленая зубная щетка, пустая пыльная коробка из-под салфеток, соломенная корзина с книгами и журналами. Ей так хотелось этих вещей для себя. Хотелось иметь телефон, жить в квартире с книгами, высокими бокалами, формочками для льда и кружками для чая, висящими под кухонными шкафами. Она хотела иметь место, которое могла бы наполнять своими собственными вещами до тех пор, пока никто не сможет добраться до нее, коснуться ее за ворохом этих сокровищ.