В кабинете директора, отделанном темным деревом и наполненном запахом старой бумаги и дорогих чернил, мы быстро завершили формальную часть встречи. Подписали необходимые протоколы, обменялись стандартными вежливыми фразами о дальнейшем сотрудничестве и перспективах развития. Я провожал их к выходу, ощущая легкую усталость и предчувствие недобрых перемен. В глазах председателя комиссии, несмотря на официальную улыбку, я уловил некое недовольство, которое не мог не насторожить. Думаю, что это не последний их визит, и, скорее всего, в ближайшее время давление на наших разработчиков препаратов возрастет. Особенно это касается Коры – нашего флагманского исследователя в области нейростимуляции. Волнение последних дней, связанное с возможными проверками и претензиями, вновь за Кору, как тень, возвращается и давит на плечи. Я понимаю, что начальство вложило в свой новый проект все силы, все знания, все ресурсы. Кора – это шанс не просто создать новый препарат, но и совершить настоящий прорыв в том, что давно хотят эти люди. Но, как известно, инновации всегда вызывают опасения у консервативных регуляторов. И сейчас, как ни странно, я рад тому, что в нашей команде появился Арбор. Его приход был неожиданным, но, как оказалось, крайне своевременным. Он – человек с железной логикой и умением находить выход из самых сложных ситуаций, по крайней мере мои наблюдения говорят именно об этом, а в людях я разбираюсь хорошо. В случае если у меня, что-то выйдет из-под контроля, если давление станет невыносимым, если возникнут непредвиденные обстоятельства, я больше чем уверен, что он попытается помочь этой удивительной девушке – Коре, ведущему научному сотруднику и гению, стоящему за новой секретной разработкой. Он не просто защитит интересы Коры, для него она значит больше, чем кажется на первый взгляд, и я уверен, найдет способ вытащить ее от сюда. Я очень на это надесь…
Богдан Ринатович.
После звонка о проверки, многие пазлы начали складываться в общую картину. Теперь о том, что часть информации ушла с моего кабинета, была ясно. Но каким способом? Только я имею доступ к данным. Сначала подозрения упали на Дмитрова, но ему абсолютно не выгодно, чтобы информация оказалась ещё у кого-то. Мы с самого начала вместе. Основали бизнес с нуля. Мы трое единоправные владельцы этого детища, просто для людей, кто-то должен быть один главным, меня выбрали таковым, так как на эту роль я подхожу идеально. Все трое обладают даром, который мы открыли в себе случайно, но который сплотил нас. Даром влиять на сознание людей у Евгения мы обнаружили еще подростками. По каким-то причинам на меня и Владлена не действовала эта способность Дмитрова. Особенность Владлена — это всё метательное оружие. Любой металлический предмет слушался его, он не давал осечек и не промазывал, идеальный в прошлом наемник. Что же касается меня, то мои показатели не были столь выдающимися. У меня просто была идеальная память и умение просчитывать наперед до несколько месяцев, как в шахматной партии. Ум всегда доминирует, даже груда мышц будет ведомой, если рядом умелый манипулятор, таковым я и являлся, поэтому я и стал ведущим в нашем трио. А теперь, где-то все пошло не так, и кто-то очень умелый и осторожный замешан в этом. Сначала я думал на Кору, но чем дольше наблюдал за ней, тем больше осознавал, что меньше всего я хочу подозревать эту девушку. Я по-новому стал смотреть на неё, и уже скоро понял, что начинается одержимость ею. Связь её с пропажей информации отодвинулась на второй план. Сейчас я хотел, чтобы она во мне увидела мужчину, но с каким-то садиским упорством я осознавал, что она будет устранена мной же, если хоть, что-то будет указывать на то, что она задействована в этом. Наверное, поэтому я до сих пор оттягивал момент и не посвящал своих напарников о произошедшем событии, но тянуть больше не имеет смысла. Как только комиссия ушла, в кабинете собрались Владлен и Дмитров. Последовательно рассказал о том, что произошло. Вернее, о том, что я не могу вспомнить, один пробел из определённого дня. О том, что камеры отформатированы и что кроме меня никто не мог этого сделать. Пока я говорил Владлен кинул взгляд на Дмитрова, я знаю, о чем он подумал, тут же покачал головой, обозначая, что это не Евгений. Лицо Жени расслабилось, очень неприятно, когда тебя подозревают. От Евгения мы выслушали предложения применения гипноза на Кору и Давида, что было самым приемлемым. Откладывать не стали, а попросили привести в кабинет тех, кого мы подозревали.