Это всё я узнал потом…после нашей второй встречи и её исчезновении.
Я помню до сих пор тот день в самых точных и четких подробностях. Мне нестерпимо захотелось к ивовому пруду. Я бежал к нему, как будто от этого завесила моя жизнь. С разбегу врезался в самую красивую девушку, какую только видел в свое жизни и мир замер. Мы не сказали друг другу не слова, а как два ненормальных кинулись друг к другу, на тот момент не существовало ничего, только она и я. И всё вокруг было в волшебном свете. Когда мы пришли в себя, то не было стыда или смущения, было точное понимание, что есть мы. Я с огромной гордостью вел Плужну домой…а там сидели сваты и невеста, выбранная родителями. Я чётко помню, как моя мать громко и четко сказал, что не будет в нашей семье падшей женщины. А я стоял и не узнавал в своей родительнице, ту чуткую и всё понимающую женщину. Со всех сторон мне говорили о долге, а я не мог понять, что происходит. Очнулся, когда рядом уже не было Плужны. Кинулся искать её, и не нашёл. Только к вечеру вернулся домой, а утром меня венчали с Кисарой. Что со мной тогда было, я так и не понял. Как потерялся в пространстве тоже не смог объяснить. Потом мне стало казаться, что Плужна была выдумана мной. Так и прокоротал век нося образ этой девушки. А тут видишь всё как. Жива, а может ещё и Кора моя дочь? Не стала бы она врать, значит правду сказала, что не мой ребенок. Больно было слышать о другом мужчине, но сам виноват. Как загладить вину понятия не имею. Она слышать меня не станет. И второй раз за всю свою жизнь я стал просить Богиню помочь мне в этом. Стоял, плакал и просил о том, чтобы обе дали мне шанс. Шанс оставшееся время провести с той, которую люблю всем нутром. Просил шанс видеть по утрам её лицо с морщинками и улыбку предназначенную только мне. Вряд ли у нас будет шанс на ребенка, но прожить остаток отмеренного наслаждаясь и радуясь с той, которая моя, я готов на многое. Так стоял и слезы текли по лицу и бороде, которую я ни разу не стриг. Если ей так важно, то я сбрею её, путь только вернется. Ветерок прошелестел, растрепав мне эту самую бороду, я принял это за положительный знак и решительно пошел в сторону дома.
Жаннет. Дома.
***
Плужна! Вспомнил, ага, как же! Плужной я была, когда ты мне под юбку залез дубина стоеросовая! Помню тот день, как сейчас! Что меня потянула к пруду до сих пор не пойму, но захотелось туда, аж сил не было. Бросила грядки и побежала. Бежала так, что дух захватывало. С разбегу налетела на кого-то, и всё помутнение. Потом жадные губы мои и его. Ощущение, что я всю жизнь его знала, а потом близость, не спорю, такого фейверка у меня потом никогда не было, но еще бы, после того отрезвляющего унижения, у меня такие блоки появились, что мама не горюй. Повёл Свок меня домой уже женой, а я была счастливой невообразимо. Перед глазами уже детки бегали и куры с козами. Действительность же оказалась жестокой. Пришли, а там его невеста с семьей и родни пол деревни. Меня при всех обозвали падшей, а он и слова ни сказал. То есть то, что он накануне свадьбы или чего-то там с другими по кустам шляется, к нему претензий нет, а я автоматически в статус хрени ниже плинтусной опускаюсь?! Настолько исковеркали близость между мужчиной и женщиной, сил нет. Даже на Земле я видела этот маразм, что женщине до брака ни-ни-ни, ни в коем случае нельзя, а жених блядствует в свое удовольствие, он жиж мужик, зла на это не хватает. Ох, зря он завел эту машину!!!
Помню и тот момент, как посмотрела на собравшийся бомонд деревенский, и у меня, как будто пелена с глаз спала. Фыркнула презрительно и ушла. Делать рядом с такой тряпкой и его родней мне точно ничего. Шла по улице и чувствовала, как негодования закручивается спиралью, а рядом цветы увядать начинали, и мне их так жалко стало, сразу успокаивать себя начала. А им шептать, какие они классные, как вдруг услышала жалобное поскуливание. То, что кто-то пытается приглушить свои слезы, я поняла на интуитивном уровне, поэтому пошла на этот звук. Раздвинула высокую траву и увидела совсем молодую девчушку, держащую в руках младенца. Она увидела меня, и испуг в глазах был таким сильным, что я замотала головой и шепотом, чтобы не напугать еще сильнее стала объяснять, что я просто мимо проходила и не желаю ей зла. В далеке послушались крики и девчушка ещё больше сжалась. Потом так отчаянно посмотрела на меня, что внутри меня нервы, как струны натянулись, а сердце гулко и сильно об ребра стучать стало, настолько мне её страх передался, а девчушка тем временем быстро-быстро заговорила, захлебываясь словами: