Решил немного понаблюдать. Две группы мужчин разошлись по разным сторонам, и по поведению было видно, что они не знают друг о друге. Первая группа мужчин понаблюдав минут двадцать-двадцать пять, стали возвращаться обратно. Пройдя мимо меня и так не обнаружив моего присутствия, они скрылись из вида. От них не было такого сильно чувства опасности, а вот те громилы, которые ступали, очень тихо, для их массы тела что выдавало в них опытных воинов, и именно они слишком сильно заставляли нервничать.
Что им потребовалось здесь? Вариант напрашивался сам собой! Кора!
Они пришли украдкой и сейчас стоя за деревьями выискивали кого-то глазами из толпы веселящихся людей.
Сердце колотилось в груди, словно птица в клетке. Громилы, с их бесшумной поступью и тяжелым взглядом, вызывали у меня непонятное беспокойство. Они были как хищники, терпеливо поджидающие свою добычу. В голове всплывали картины, рожденные страхом: похищение, нападение, убийство девушек, о котором мне много рассказывали в детстве и юности. Я решил не рисковать и отступить. Тихо, стараясь не хрустеть ветками, я отошел в сторону, огибая небольшой куст. Оттуда, спрятавшись за стволом старого дуба, продолжил наблюдать. Громилы, словно огромные, черные тени, перемещались среди деревьев. Их лица не были скрыты, я отчетливо видел огромные, непроницаемые глаза, голодные и безжалостные. Их взгляд был направлен на веселящуюся толпу, и одновременно бродил по окрестности, словно сканируя. Вскоре, один из громил подошел к дереву, достал нож и сделал насечку, он сделал несколько шагов вперед, потом отступил назад, словно что-то рассматривая. Затем он провел пальцем по насечке и, прошептав что-то неразборчиво, указал в сторону леса. Остальные громилы молча последовала за ним, исчезая в зеленой глубине. Я остался один, с сердцем, по-прежнему стучащим в груди.
Осторожно выбравшись из укрытия, я подошел к дереву, где стоял громила. Насечка была видна невооруженным глазом, но что она означала для них я не понимал. Решаю пойти по следам громил и проследить, куда они уйдут, чтобы утром быть готовым...правда к чему быть готовым, надо еще выяснить. Я не знал, чем это может окончиться, но я должен был узнать, что происходит. В глубине леса меня ждала неизвестность, полная опасности и интриги, но после того, что произошло сегодня между мной и Плужной, дало мне такую силу и внутреннюю уверенность в себе, что я не задумываясь сделал бы это снова.
Я был готов к тому, что меня может ждать ужасная правда, но я должен был узнать, что скрывается за этой таинственностью незнакомцев.
Тихо, стараясь не хрустеть ветками, я ступил на тропу, что пролегала между высокими деревьями. Тропа была заметна только по едва заметному просвету в траве и по следам обуви, размер которых заставил меня поморщиться – громилы были высокими и крепкими, а их шаг - твердым и уверенным. Я шел за ними, прислушиваясь к тишине леса, ожидая услышать шорох ветвей или скрип сучьев под их тяжестью. Солнце пробивалось сквозь листву, создавая причудливые узоры света и тени на лесной подстилке. В воздухе витал запах хвои и влажной земли, который успокаивал и одновременно вызывал чувство тревоги. Я двигался медленно, стараясь максимально слиться с окружающей обстановкой. Время от времени останавливался, чтобы прислушаться, но только шелест листвы под ногами и пение птиц нарушали тишину. Наконец, тропа вывела меня к небольшой поляне. В центре поляны возвышалось могучее дерево, а под его кроной горел костер. Несколько фигур, сгрудившихся вокруг огня, выглядели как призраки, запечатленные в полумраке. Я различил их силуэты, одетые в грубые одежды, а рядом с ними – мешки и громоздкие ружья. Сложив ладони рупором, я приложил их к уху и попытался уловить смысл их разговора, а также пытался, через окружающую их зелень узнать, что они говорят, но лишь на интуитивном уровне мог уловить их помыслы. Говорили они на каком-то непонятном наречии, но тон голоса говорил о том, что они были раздражены. "Что такое? - шепнул я себе. – Что их так разозлило?" В этот момент один из громил, высокий и широкоплечий, с густой бородой, резко поднялся и указал в направлении того места, откуда я только что вышел. Я замер, сердце бешено заколотилось. Мужчина продолжал размахивать руками, доказывая, что-то своим напарникам, но они только порыкивали в ответ, и показывали в противоположенную от них сторону.