Но вот и «Аладин».
— Кажется, нас пока не обнаружили,— говорит Кимка трагическим шепотом.
— Точно,— таким же шепотом отвечает Бородин, выныривая из-под стапелей,— удрали-таки! Так я и знал. Григорий Григорьевич рассердится не на шутку, достанется ужо на орехи и вам и мне.
— А вам-то за что? — поинтересовался Санька.
— Да уж за дело!.. Однако дальше — ни шагу. Замрите, и ни гугу. Иначе… Сами знаете, что будет.— И Сергей Николаевич снова растворился в ночи.
— Сань, а ведь он знал, что мы удерем… и не помешал… Мировецкий мужик!..
— А то!.. Еще какой!.. А мальчишек любит… Папа даже как-то сказал ему: «Пионервожатый ты, Сергей, а не чекист…»
— А он, Бородин, что?
— Рассмеялся и на Дзержинского сослался. Однако давай помолчим, если не хочешь, чтобы нас отсюда турнули!
Глава десятая
«Марат» издали похож на уродливого, выброшенного морем кальмара с отрубленными щупальцами. Боковые обносы делают его овальным, якорные клюзы-глаза смотрят жестко и пронзительно, палубная надстройка напоминает причудливый горб.
Из камышей вынырнул Сенька в сопровождении Бородина.
— Принимайте третьего Шерлока Холмса! — подтолкнул Гамбурга Бородин.— И глядите, чтобы ни одного фокуса! — И молодой чекист, погрозив приятелям, снова скрылся в камышах.
— Чуете, могикане, а Лена-то жива! — выпалил Сенька.
— Наслышаны…
— Откуда?
— Борис Иванович сообщил. Молодец, Сенька, не подкачал! — поощрил Кимка дружка.— А теперь выкладывай подробности.
— А чего тут выкладывать,— пококетничал Гамбург.— Когда Соколиный Глаз начал воевать со Степкой, я кинулся за Софроном — Лене на выручку. Поняв, что с «грузом» от погони не уйти, Чемодан Чемоданович сбросил Лену с плеча и на ходу полоснул ее ножом. Я, конечно, к Лене. Подбегаю, зову по имени — не откликается. Жуть взяла: убили, думаю, девчонку! Наклоняюсь — нет, дышит. Значит, жива. Подхватил ее на спину — откуда только сила взялась! — и ходу в больницу!
Огни поселка вроде были рядом. А пошел — они все дальше и дальше. А силы у меня убывают и убывают, того и гляди упаду. Отдохнуть бы, да боюсь. Знаю, если остановлюсь хоть на секунду, с места уже сдвинуться не смогу. Потому и подбадриваю себя: «Сделаю, дескать, еще десять шагов, тогда и отдохну». Считаю: один, два, три… десять… Потом еще набавляю.
Тут-то дядя Гриша и подоспел, подхватил Лену и в больницу ее. Шилина срочно вызвали. Ну а тот – операцию сделал. Тогда я — прямиком на «Аладин» и… угодил в руки Санькиного отца. «Отвести его к дружкам,— приказал Григорий Григорьевич.— Только глядите, хоть вы герои на сегодняшний день, но чтобы без штучек-дрючек!..»
И вот я с вами…
Мальчишки, слушая о Сенькиных похождениях, ни на минуту не спускали глаз с таинственного «Марата». Они догадывались, что вокруг древнего пароходика замкнуто кольцо чекистов, и ждали развязки.
— Как вы думаете, Софрон там? — Сенька почесал кончик утиного носа.
— А где же ему быть! — Кимка подтолкнул друзей.— Глядите, начинается!
Возле пароходика вырос частокол людей.
— Айда ближе! — предложил Санька.
— Попадет! — поежился Соколиный глаз.— Вытурят как миленьких!
— Мы по-пластунски,— предложил Сенька и первым, упав на живот, заскользил по траве. Санька с Кимкой последовали его примеру. Остановились, когда до «Марата» осталось шагов двадцать. Теперь Степкино логово просматривалось, словно сцена из пятого ряда. Замерли.
— Однако что-то они долгонько раскачиваются,— через пяток минут заворчал Сенька, глядя на ожидающих чего-то чекистов.
— Не «раскачиваются», а сообщников Софроновых выслеживают,— вступился за отца и его товарищей Санька.— Врагов ловить — не петухов щипать! Понимать надо!
— Точно,— поддержал Кимка. Ты думаешь, у Чемодановича, кроме Степки и Яньки, никого помощничков нет? Вот и ошибаешься… Есть у нас еще враги, есть!..
— Да я ничего,— стал оправдываться Гамбург.— Я к тому, что зря они нас на помощь не взяли…
Примолкли. И сразу же в ответ угрожающе зашуршали камыши, на тарабарском языке забормотала Воложка, затикали азбукой Морзе сверчки, словно предупреждая: «Ос-то-рож-но! Каж-ды-й ша-г мо-жет слы-ша-ть хит-ры-й враг!»
Ребята затаили дыхание. Один из чекистов бесшумно поднялся на палубу.
«Бородин»,— узнали друзья.
К Сергею Николаевичу присоединилось еще несколько человек.