— Правильно! — подтвердила Зойка.— Все за одного — один за всех! — произнесла она девиз краснокожих.
Домой возвратились в довольно кислом настроении: опять их от настоящего дела отодвигают куда-то в сторону. А разве они своей отвагой не доказали, что на них можно положиться даже тогда, когда речь идет о поимке опасных преступников?
«Так вот какова она, благодарность взрослых!» — Соколиный Глаз помрачнел окончательно.
— При таком вот отношении к важнейшим изобретательским проблемам КиС, конечно, не построишь! — посетовал Кимка, не глядя на друзей.
— Факт, не построишь,— согласился Санька.
— Подумаешь, велика беда,— подключился к Санькиному причитанию Кимка,— спалили гектаров двадцать никому не нужного камыша, а вместе с ним — шестерых мерзавцев! Да за это ордена надо давать!
— А мамочкин бидон! — всхлипнула Зойка.
Это всхлипывание подействовало отрезвляюще.
— Бидон я тебе сейчас принесу,— сказал Санька,— а вот за камыш нам всыплют, как пить дать!.. А Никишкина избушка? Разве вам ее не жалко?
— Жалко,— сознался Кимка.— Но ведь в ней все равно никто не живет… И потом… это уже не Никишкина избушка, а логово Быка…— Соколиный Глаз пытался, как видно, ободрить как самого себя, так и своих друзей.— Сань, а как ты думаешь, найдут они его?
— Быка-то? Найдут, если не сгорел…
— Вот и я так думаю,— обрадовался Кимка.— В конце концов, ведь это самое главное!
Санька задумчиво посмотрел на далекое зарево с плохо скрытой тревогой: ведь сейчас там, в самом пекле, находились герои-чекисты во главе с Санькиным отцом. Хотелось бы ему знать, как-то у них там сейчас разворачиваются события. Но разве угадаешь!..
От тревожных дум на сердце стало еще тяжелее.
— Вот что,— объявил Меткая Рука,— о том, что случилось на озере, особенно о Чемодан Чемодановиче — никому ни слова! Тайна эта не наша, государственная! Поняли?
— Поняли! — как эхо, откликнулись Кимка с Зойкой.
Санька сбегал домой и принес Зойке эмалированный бидончик:
— На, держи!..
— А тебе не попадет за него? — робко возразила Зойка, пытаясь вернуть подарок обратно.
— Не попадет. Мама еще в прошлом году подарила его мне для походов… Так что, не беспокойся!..
И обрадованная девчонка со всех ног помчалась домой.
Постояли. Помолчали.
— Сань, ты, кажется, говорил, что Лена Джурба твоя землячка?
— Не-е… Сенькина.
— A-а, впрочем, это роли не играет. Завтра, после работы, и повидаем Лену. Она так в заводском общежитии и живет.
— Хватился!.. Вот уже месяц, как они с Бородиным расписались и живут теперь у дяди Сережи.
Комка вытаращил глаза:
— Это почему же я ничего не слыхал?
— А ты об этом спроси у Бородина или у Лены. Может, они тебе пригласительный билет на свадьбу послали, да почта затеряла…
— Ну, замолол!..— рассердился Кимка.— Я его всерьез, а он — шуточки.
— А если всерьез, то потому, что свадьбу решено отпраздновать седьмого ноября!
Глава шестая
Сергей Николаевич Бородин и Лена Джурба сразу же после женитьбы получили «шикарную отдельную жилплощадь» — им отвели двенадцатиметровую каюту на старом плавучем дебаркадере. Плавучим его можно было назвать условно, ибо вот уже третий год как его повидавшее виды стальное днище покоилось на песчаной косе, хотя в борта еще продолжали пошлепывать несердитые волжские волны. Когда-то это была крупнейшая на Каспии грузопассажирская шхуна, курсировавшая по маршруту Астрахань – Махачкала – Баку – Красноводск – Астрахань. Ее две могучие мачты, разряженные гирляндами парусов, выдерживали натиск любых штормов. Бороться со стихией в штормовую погоду кораблю помогала паровая машина в сто лошадиных сил. В молодости шхуна носила гордое имя «Циклон», после революции военморы дали ей еще более гордое название — «Мировая революции».
И вот теперь корабль превращен в плавучее общежитие…
Высокие борта корабля покрашены кузбас-лаком. Дощатая палубная надстройка, некогда белая, по мановению волшебного карандаша коменданта общежития стала грязновато-желтой. Зато тонкая, но высокая труба с красной полоской у верхней части белизной может поспорить с лебедями.
Машинное отделение и кочегарка расположены в кормовом отсеке корабля. Машину за ненадобностью давным-давно, конечно, выкинули. Зато котел служит верой и правдой круглый год. Летом пар поддерживается для горячей воды, чтобы бригады чернорабочих, занятых на зачистке мазутных барж, могли в положенное время искупаться в баньке. Зимой корабль обогревает команды стоящих на ремонте судов.