Стали коммунисты разбираться, что к чему, хотели взять за жабры Софрона да на солнышко! Но Пятка снова вывернулся, бежал из Белужьего, зарубив топором секретаря партячейки, который пришел его арестовывать.
Ходили слухи на селе, что Софрон бежал за рубеж, в Германию… к своей худосочной баронессе.
В прошлом году Пятка снова объявился, вынырнул из небытия на судоремонтном заводе «Октябрь», то есть на нашем родном заводе. Лена его узнала и сообщила куда следует…
Остальное вам известно,— Бородин перевел дух и снова принялся потчевать ребят плюшками-ватрушками.
— А что на озере произошло? — спросил Кимка.
— Как что?! Вы же знаете.
— Знаем, да не совсем,— подал голос Санька,— сгорел он или его арестовали?
Ни то ни другое… Снова сбежал. Потому-то я вам и рассказал о Софроне все, что знаю сам… Этого вражину надо знать хорошо, чтобы не дать осечки при следующей встрече. Хитрый, ловкий, осторожный, и в то же время наглый и решительный. Будьте зоркими, глядите в оба! Сами против него ничего не предпринимайте, чуть что заметите — ко мне или к Санькиному папе. Все. Это приказ!
— Дядя Сережа, Сергей Николаевич! — взмолился Кимка.— А остальных бандитов задержали? Тех, что были с Софроном?
— Задержали и не только их,— рассмеялась Лена.— А как это произошло, знают только те, кому надо знать. Сережа даже мне не рассказал, как я его ни просила!
— Ну, поскольку они невольные участники операции на озере, кое-что приоткрою моим славным помощникам.— Бородин стал очень серьезным.— Условие остается прежнее — никому ни слова о том, что узнали и узнаете про Пятку — Быка.
На этот раз он сумел от нас скрыться потому, что превратился в рыбу. Ну, не в полном смысле этого слова, а приблизительно. Был у него на особо опасный случай припрятан легкий водолазный костюм, с запасом кислорода на час подводного путешествия… Но об этом никто не знал, даже его сообщники…
Когда на озере запахло жареным, Пятка напялил на себя специальную маску и уплыл.
Об этом нам стало известно лишь сутки спустя, когда на другом берегу озера обнаружили испорченную беглецом маску и использованные кислородные баллоны.
Далеко Бык не ушел, где-то отсиживается до поры до времени. Взять его мы возьмем, но не это сейчас главное. Главное — выявить все его связи. Время тревожное. В воздухе пахнет большой войной. Столкновения с японцами — это лишь вражеская разведка для более серьезного дела. Вы — пионеры, а скоро и в комсомол вступите. Будьте бдительны!
Лица у хозяев дома и гостей посуровели. Ребята поднялись и стали прощаться.
Поднялись на верхнюю палубу. Было темно. Постояли, помолчали, собираясь с мыслями. Кашлянули, давая знать Кешке, что они наверху.
В ответ раздалась разудалая песня «Раскинулось море широко…». И лихой кочегар предстал перед ними собственной персоной, объявив: «А вот он и я!..»
Поглядев на небо, определили — быть грозе! Все оно было забито плотными жирными тучами.
— Ну, ладно, ребята, топайте побыстрее домой,— поторопил их Кнопочка,— а то дождь прихватит. Приходите ко мне в любое время, после школы, конечно! Сами соображаете — ученье свет, неученость — тьма!
Где-то в отдалении пророкотал гром. Краснокожие со всех ног припустились домой, договорившись о встрече.
Глава седьмая
Сенька Гамбург прислал письмо. Письмо дышало почти океанскими страстями, гигантские волны восторга яростно рокотали в каждой его строке. Сенька восхищался великолепным городом Баку, улицы которого располагаются огненными ярусами. Приморским бульваром, где растут настоящие пальмы и бьют великолепные фонтаны. Портовыми причалами, у которых с двух сторон отшвартованы красавцы-танкеры, островом Нарген, плавающим у самой кромки горизонта, который кажется погружающейся в морскую пучину подводной лодкой, и конечно же — родным морским техникумом!
«Классы здесь просторные, в коридорах на специальных тумбах стоят макеты парусных судов и современных транспортных и военных кораблей. Особенно поражают макеты эсминцев и крейсеров,— писал он,— потрясает мощь их артиллерийского вооружения…»
«Ишь, как чешет,— подумал Санька,— небось с морскими боевыми командирами за ручку здоровается!..»
«…В подготовительной группе повторяем программу за седьмой класс, а также изучаем устройство парусного корабля и зубрим азбуку Морзе… Морзе я уже осилил и даже получил «отлично» по флажному семафору… Высылаю вам с Кимкой азбуку, зубрите — пригодится… В воздухе пахнет порохом… Будьте готовы ко всему… Не забывайте о Степке и Софроне…