Я быстро прижала бумажку к груди и закрыла глаза. Корабль под ногами вдруг тихо загудел, словно отозвался на моё волнение. Мягкая вибрация прошла по полу, поддерживая.
— Она… знала, что меня не будет рядом в тот момент, когда её не станет, — выдохнула я, наконец, — и всё равно оставила… всё. Даже себя — в этих знаниях.
Эмрис не ответил сразу. Просто стоял рядом, и я впервые за долгое время ощутила его не язвительное молчание. Он просто поддерживал: тихо, молча, без слов — одним присутствием.
Я положила баночку на ладонь, замечая, как свет внутри чуть дрогнул, словно сердце внутри этого сосуда забилось. И мне показалось, что где-то в этом свете — тепло её рук, мыслей, эмоций. Тут она вся… Зоряна.
— Пожалуй… я пока спрячу её, — тихо сказала я, отправляя баночку за пазуху. — Не сейчас. Я должна быть готова.
— Умное решение, — кивнул Эмрис. Его взгляд был пристальным, но без привычного лукавства. — Это не та сила, с которой шутят.
Я кивнула и, не дожидаясь, пока снова проснётся его сарказм, аккуратно задвинула оставшиеся склянки обратно, пряча следы своего маленького открытия.
И только когда мы вышли с кладовки, и узкая дверь за нами захлопнулась, я поняла, что теперь у меня есть не только наследство — у меня есть шанс услышать голос Зоряны вновь.
— Ну и денёк, — пробормотала я, вытирая ладони о штаны, будто могла стереть с них дрожь.
Эмрис ничего не ответил. Лишь прошел вперёд, к столу.
Мы снова оказались на кухне. И тут, нас ждал неожиданный сюрприз от корабля, который видимо уловив все эмоции, решил поддержать хозяйку, скромными припасами. На кухонном столе, лежала пара хлебцов, горшочек с мёдом, сушеные фрукты, и — чудо! — крошечная головка сыра.
— Ты только посмотри, — я покачала головой, садясь за стол. — Судя по всему, корабль решил, что я слишком впечатлительная, чтобы оставаться голодной.
— Умный корабль, — отозвался Эмрис, наливая в услужливо предоставленные чашки, ещё парующий напиток. — На голодный желудок люди делают глупости. Особенно ведьмы.
Я фыркнула, но хлебец всё же взяла. Минуту мы ели молча. Было в этом что-то удивительно спокойное — будто кухня дышала вместе с нами, и даже пламя в лампе мерцало ровнее.
И только потом Эмрис нарушил тишину:
— Велена.
Я подняла взгляд. Обычно его голос звучал лениво, с оттенком насмешки. Но сейчас он был низким, спокойным и собранным.
— Ты должна быть осторожна с этой баночкой.
— Думаешь, я собиралась залпом её выпить? — усмехнулась я, но в этой усмешке слышался нервный оттенок.
— Думаю, — он прищурился, — что ты слишком похожа на свою прапра. Такая же упрямая, горячая и склонна испытывать судьбу.
Возмущаться не было смысла, потому что в его словах была правда.
— Постепенно, — продолжил он, отрезая себе кусочек сыра. — Это понятие растяжимое, да. Но я бы сказал, что ты сама должна почувствовать ято готова. А затем… по капле, не торопясь, принимать зелье. Пусть знания укладываются. Иначе они захлестнут тебя, как волна.
Я задумчиво повертела в руке кружку с кисло-сладким напитком. Внутри всё ещё жила дрожь от найденного послания. Но под словами Эмриса она будто отступала.
— Значит, по капле… — повторила я.
— Именно, кивнул он серьёзно. — И когда знания начнут приходить… используй их. Даже на мелочах. Практикуйся. Ведь… корабль не будет вечно болтаться в небесах без дела. Он скоро пришвартуется.
— К… кому? Первому гостю? — я почувствовала, как в груди что-то сжалось.
Эмрис отставил кружку, и его зелёные глаза задержались на мне чуть дольше, чем обычно.
— Гостю. Или гостям, — сказал он спокойно. — Корабль решает сам. Но решит скоро. И тебе придётся быть готовой.
Корабль будто подтвердил его слова, лёгким толчком. Пол вздрогнул, отдаваясь вибрацией в ноги.
— Зоряна знала, что у меня не будет времени на раскачку, — прижав руку к груди, погладила пузырёк под тканью.
— Твоя бабка всегда всё рассчитывала, — твёрдо ответил Эмрис. — И теперь, с её помощью, ты научишься делать так же.
Мы снова замолчали. Только корабль под нами тихо шуршал, как зверь, готовящийся к прыжку. А я впервые за день почувствовала не просто волнение… а настоящую ответственность.
После обеда, или уже ужина, я ещё немного побродила по кухне, машинально проверяя, не завалялось ли где ещё каких-нибудь припасов. Но, кроме пустых полок и честного скрипа половиц, ничего не нашла.
— Ладно, — буркнула сама себе, — значит, придётся жить на диете.