Противники стояли лицом к лицу, и Исаак вдруг оказался в выгодной позиции. Одноглазый и его спутник обнажили кинжалы.
– Скарабелло, нет! – завопил Доннола. Подняв руки, он встал между ним и Исааком. – Доктор не хотел выказать тебе неуважение. Он не знает, кто ты такой, не знает, как вести себя с тобой, он недавно в городе… Прошу тебя, Скарабелло…
Шлюхи затаили дыхание.
Беловолосый жестом приказал своим спутникам убрать оружие и плечом оттеснил Исаака.
– Откуда врач, да к тому же еще и еврей, знает, как драться? – с уважением спросил он.
– Я вырос в местечке похуже, чем это.
Скарабелло громко рассмеялся.
– Вот видите, – обратился он к проституткам. – Вы все время говорите мне, что тут кромешный ад, а теперь доктор утверждает, что тут не так уж и плохо.
Женщины молча смотрели на него.
– Прошу прощения, господин, – сказал Исаак. – Но поймите же, что эта маленькая девочка…
– Это ты не понимаешь, что тут происходит, доктор! – прикрикнул на него Скарабелло.
Спрятав кинжал за пояс, он подошел к Исааку и опять встал прямо перед ним.
– Тут речь идет о прибыли. Эти башни – рабочее место. А работа должна приносить прибыль, иначе это не работа. Эта комната – не ее жилье. – Он подошел к кровати Констанцы. – Республика, эта комната принадлежит тебе?
– Нет, – прошептала она.
– Все эти годы ты зарабатывала больше серебряного в неделю? – Скарабелло смотрел на Исаака.
– Да…
– Другие требуют от проституток два или три серебряных в неделю, верно?
– Да…
– Ты была довольна, получив комнату у Скарабелло? Я хорошо с тобой обращался?
– Да…
– Хорошо. Вы услышали все, что должны были, доктор. Можете лечить тут Республику, когда девочка не будет работать. – Скарабелло смерил Исаака долгим взглядом.
– Ладно, чего уж тут, – вмешалась Кардинальша. – Лидия станет шлюхой. Я ее научу и поначалу буду отправлять к ней мужиков, хорошо?
Республика разрыдалась.
– Прекрати реветь, ты, сердобольная прошмандовка! – напустилась на нее Кардинальша. – Скарабелло прав. И этим все сказано.
Республика спрятала голову под одеялом.
Скарабелло еще раз глубоко вздохнул.
– Во всех комнатах стоило бы прибираться, как в этой. Тут отлично пахнет. Ты заработаешь целое состояние, девочка. Правда, хочу дать тебе один совет. Тебе стоит немного располнеть. Мужчины не любят худосочных. – Он направился к выходу из комнаты, и проститутки расступились, пропуская его. И только в этот момент Скарабелло вспомнил о Донноле. – Скажи, почему тебя ищет один мальчишка, который работает на меня? Его зовут Меркурио.
Доннола покосился на Исаака и покачал головой, пожимая плечами.
– Кто же это знает, Скарабелло? – Он криво улыбнулся. – Как, говоришь, его зовут?
Скарабелло с ухмылкой повернулся к Исааку.
– Столько тайн, верно, доктор? Думаю, тут замешана женщина. – Он посмотрел на Доннолу. – Как бы то ни было, я скажу Меркурио, что тебя можно найти здесь, Доннола. Ты теперь помогаешь доктору, верно?
– Ты же знаешь, какая у меня жизнь, – уклончиво сказал Доннола. – То там, то тут…
– Ну, доктор, что думаешь об этом квартале? Или ты полагал, что в Венеции запирают только евреев? – с ухмылкой обратился Скарабелло к доктору. – Кстати, может, ты обратил внимание на то, что все шлюхи должны надевать желтый шейный платок, когда выходят на улицу. Можно сказать, что между евреями и шлюхами есть определенное сходство. Так что добро пожаловать, доктор! Чувствуй себя как дома. – Рассмеявшись, белоголовый ушел.
В комнате воцарилось молчание, слышны были только всхлипы Республики, доносившиеся из-под одеяла. Все женщины с упреком смотрели на Кардинальшу: им не понравилось, как та говорила с Констанцой. Но ни одна из них не решалась возразить – Квирина отличалась вспыльчивостью.
– Все в порядке, мама, – прервала молчание Лидия. – Мне совсем не сложно будет заниматься этим, вот увидишь.
Республика разрыдалась еще громче.
– Чего ты ревешь, овца тупая? – прорычала Кардинальша. Подойдя к кровати, она грубо сдернула с Констанцы одеяло. – Неужели ты и правда думала, что мы позволим твоей дочери стать шлюхой? Проклятье, ну ты и лахудра придурошная! Скарабелло будет раз в неделю получать по серебряному, но с Лидией ничего не случится. – Она повернулась к ошарашенным проституткам. – А вы, прошмандовки, начинайте собирать деньги! Нам нужно откладывать серебряный в неделю для Республики. Если Скарабелло будет получать деньги, он не станет задавать лишних вопросов.
Схватив дочь за руку, Республика зарыдала еще громче.