Какое-то время он постоял вот так на мосту, а затем побрел в сторожку.
Собравшиеся на площади евреи словно окаменели. И тут какой-то маленький мальчик поднял с земли палку и бросился на невидимого врага:
– Я капитан Ланцафам! Я тебе покажу, проклятый монах!
– Шимончик, нет! – остановила его мать, схватив ребенка за руку. – Нет! Пусть он нам и помог, он все равно христианин!
Мальчик недоуменно посмотрел на нее, вырвался и продолжил свою игру:
– Я капитан Ланцафам! Ах ты проклятый пес!
Еще двое мальчишек подхватили его игру:
– Я капитан Ланцафам!
И все ребятишки принялись радостно играть в солдата и его врагов.
Джудитта молча наблюдала за ними. Во что еще должны были играть дети, если сегодня ни один еврей и пальцем не пошевелил, чтобы защитить их? Что же им оставалось делать, если все мужчины в общине стояли как громом пораженные и никто из них не повел себя как герой?
– Джудитта. – Октавия тронула подругу за рукав. – Капитан прав. Ничего не произошло.
Джудитта повернулась.
– Ничего не произошло?
Октавия побледнела и все же нашла в себе мужество сказать:
– Ну же, давай откроем лавку.
Джудитта посмотрела на Ариэля Бар-Цадока. Торговец был полностью выбит из колеи, он не знал, как ему вести себя.
– Заходите, добрые люди. – Октавия широким жестом пригласила внутрь магазинчика всех женщин общины. – Заходите, полюбуйтесь моделями Джудитты ди Негропонте. – Она подтолкнула под бок Ариэля и шепнула ему: – Ну же, открывай, старый осел!
Торговец все еще держался за край красного шелкового полога, натянутого перед входом в магазин: вид лавки должен был стать для покупателей сюрпризом. Но Бар-Цадок никак не мог заставить себя сдернуть завесу.
Женщины общины медлили, оглядываясь на Рио-ди-Сан-Джироламо, где над водой поднимался дым от сожженных священных свитков. Раввин пытался вытащить из воды остатки того, что не стало жертвой пламени, двое мужчин помогали ему.
– Ну же, Рахиль. – Октавия обратилась к женщине, которая одной из первых купила у Джудитты шляпку. – Заходите, посмотрите, как у нас красиво.
– Не сегодня, Октавия. – Женщина поспешно направилась домой.
Жители Гетто Нуово начали расходиться, и только дети все еще играли на площади, изображая героическое сражение капитана Ланцафама с демоном в облике монаха.
– Что, даже ты не хочешь узнать, как все теперь выглядит? – разочарованно повернулась к Джудитте Октавия.
Девушка посмотрела на магазинчик. Ариэль Бар-Цадок все еще нерешительно топтался на пороге, теребя в руках край красного полога. Джудитте показалось, что он выглядит смешно. И очень-очень грустно. Она обняла Ариэля и чмокнула его в щеку.
– Ну конечно хочу! – Девушка заставила себя казаться веселой. – Покажите мне, что у вас получилось.
– Ну же, Ариэль!
Торговец все еще переминался с ноги на ногу, и потому Октавия вырвала у него край ткани из пальцев и с силой дернула. С шуршанием завеса опала на землю, открыв взору вход в лавку.
Джудитта шагнула вперед и замерла, потрясенная одним из платьев в витрине. У девушки перехватило дыхание от изумления. Это она придумала крой платья, и оно оказалось еще краше, чем на бумаге.
– Ну? Что думаешь? – улыбнулась Октавия.
– Оно прекрасно… – прошептала Джудитта.
– Когда ты говоришь так, кажется, словно это не твои модели, – рассмеялась женщина.
– Да, именно так мне и кажется. Все словно бы не по-настоящему… – пролепетала Джудитта.
– Ну же, входи. – Подруга потянула ее за руку. – Ариэль сделал все в точности, как ты хотела.
Но девушка никак не могла собраться с мыслями. Ее удерживало какое-то мрачное предчувствие, словно бы сегодня неподходящий день для открытия лавки. Джудитта даже думала о том, не перенести ли все торжества на завтра. Она оглянулась на площадь, пытаясь подобрать правильные слова, чтобы объяснить подруге свои опасения. И в этот миг увидела роскошную гондолу, подплывшую к причалу набережной Ормезини. Из гондолы на сушу сошла изящно одетая дама. В сопровождении двух слуг дама направилась к мосту, ведущему ко входу в Гетто Нуово.
У Джудитты мурашки побежали по спине, хотя девушка и не понимала, что же ее так испугало.
Тем временем дама дошла до моста.
– Куда вы, благородная дама? – спросил капитан Ланцафам, появившись в дверном проеме сторожки. В руках у него была бутылка вина.
Женщина повернулась к нему. На ней была броская шляпа с черной сатиновой вуалью. На полях шляпки были вышиты крошечные голубые розочки.
– Неужели мне нельзя пройти туда, куда я хочу? – проворковала незнакомка.