Окинув Ланцафама взглядом, Исаак развернулся и в ярости направился к Гетто Нуово.
Человек, прятавшийся в тени дома, вышел из своего укрытия.
– Проклятый твердолобый упрямец!
На небе клубились густые черные облака, слышались зловещие раскаты грома.
– Ну хорошо. Тогда я сам позабочусь о твоей дочери!
Глава 66
– Я буду отдавать тебе половину своей выручки, – сказал Меркурио. – Только не трогай дочь доктора.
Скарабелло молча смотрел на него, удивленно приподняв бровь.
– Пожалуйста, – добавил Меркурио.
Беловолосый улыбнулся.
– Я ведь уже говорил тебе, твоя слабость в том, что ты сентиментален.
– Пожалуйста, – повторил Меркурио. – Она не имеет к этому никакого отношения.
Скарабелло пожал плечами.
– «Она не имеет к этому никакого отношения», – передразнил он. – А мне какое дело?
– Пожалуйста! – Меркурио готов был разрыдаться. Чем дольше он уговаривал Скарабелло, тем сильнее становился его страх за Джудитту.
– Ты готов ради этой девочки отдавать мне всю свою выручку? – осведомился Скарабелло.
– Все, что только пожелаешь, – не раздумывая выпалил Меркурио.
– Все, что только пожелаю… – удовлетворенно кивнул альбинос.
– Но если с ней что-нибудь случится, – на этот раз в голосе Меркурио звучала решимость, – то я убью тебя, клянусь.
Скарабелло подошел к нему и проникновенно заглянул в глаза. Меркурио выдержал его взгляд, не отпрянув.
– Я тебе верю, – кивнул беловолосый.
– Так значит, ты оставишь ее в покое? – Голос Меркурио срывался.
Скарабелло все еще не отстранялся.
– Да. Я оставлю ее в покое.
У Меркурио от облегчения чуть ноги не подкосились.
– Ты должен поблагодарить меня за это, – улыбнулся Скарабелло.
– Спасибо… – прошептал Меркурио.
– Пойдем, – сказал беловолосый. – Кстати, можешь поблагодарить меня и за то, что я не стану забирать ни половину твоей выручки, ни тем более ее всю.
– Спасибо. – Юноша поплелся за ним, стараясь не отставать.
– Как ты думаешь, я честный вор?
– Да…
– А вот и нет. – Скарабелло рассмеялся, но его лицо тут же приобрело серьезное выражение. Вдруг он резко вскинул руки и схватил Меркурио за уши. – Если бы мне была нужна половина твой выручки, если бы мне понадобилось все, что у тебя есть, в том числе и твоя жизнь, то я все это взял бы силой. Мне не нужно для этого твое разрешение. Но у тебя такое в голове не укладывается, верно? – Его лицо исказила высокомерная ухмылка, когда он притянул Меркурио к себе. – Никакой я не честный вор. – Сейчас его рот находился так близко от губ юноши, что казалось, Скарабелло готов был поцеловать его. – Я сильный человек. Наделенный властью. Речь идет о другом. Понятно?
– Да…
Скарабелло кивнул.
– А теперь пойдем. Я хочу, чтобы ты увидел, насколько я силен. И как далеко простирается моя власть.
Меркурио пошел за ним к палаццо на улице Мерчерия, возле которого Скарабелло встретился с каким-то мужчиной, облаченным в маску, чтобы его не узнали.
– Ваше превосходительство, – почтительно, но ни в коей мере не раболепно произнес беловолосый, – вы все же решили помочь мне?
Мужчина повернулся к отряду стражников из гвардии дожа. Во главе отряда стоял один из чиновников Светлейшей Республики, судя по его облачению, очень высокого ранга.
– Они выполнят мой приказ, – сказал незнакомец.
Скарабелло глубоко поклонился.
– Я вновь заверяю вас в моей дружбе, ваше превосходительство. Я всегда к вашим услугам. – В его голосе слышалась насмешка, точно он издевался над собеседником.
– Ох, прекрати. Мы оба прекрасно знаем, почему я так поступаю, – раздраженно ответил мужчина в маске.
Повернувшись, он пошел прочь.
– Чего только о себе не возомнишь, если у тебя на груди вышит герб древнего рода, – заметил Скарабелло. Какая-то странная грусть промелькнула на его лице, когда он смотрел мужчине вслед.
– Кто это был? – спросил Меркурио.
– Он стоит настолько высоко, что у тебя закружилась бы голова, если бы ты очутился рядом с ним, малыш, – ответил Скарабелло. – Пойдем. – Он направился к гвардейцам дожа.
– Мы знаем, что должны сделать, – заявил чиновник, как только Скарабелло подошел к нему на достаточное расстояние. – И мне мерзко оттого, что приходится делать это для такого, как ты.
– Если бы тебе приказали лечь на землю, чтобы я мог насрать тебе на голову, ты бы и это сделал, – ответил Скарабелло. – Так что хватит этих твоих жалких ужимок. Поторопись, надоел.