– Какое это имеет отношение к делу? – Святой пожал плечами.
– Видит бог, никакого, – легко согласился с ним Меркурио. – Я лишь пытаюсь понять, откуда в этом деле столько совпадений.
В толпе зашушукались.
– Вы уверены, что отец Венцеслао и правда болван? – шепнул Джустиниани патриарх.
Тот промолчал, с удивлением наблюдая за ходом защиты.
– Но она всего лишь ведьма! – заорала Бенедетта. – Шлюха, ведьма! Ведьма!
Но и на этот раз толпа ее не поддержала.
Меркурио подождал, пока в зале воцарится тишина. Он неуверенно подошел к трибуне и, хромая, поднялся ступенькой выше.
– Почему вы называете ее шлюхой? – спросил он.
Бенедетта молча покачала головой, глядя на Святого.
– Может быть, потому что мужчина, в которого вы влюблены, подарил ей свое сердце? – спросил Меркурио.
Люди в зале изумленно ахнули.
– Она тебе такое рассказала, монах? – Бенедетта в ярости уставилась на него. – Это чушь! Она просто пытается спасти свою задницу и…
– Следи за языком, девочка! – осадил ее патриарх.
Бенедетта покраснела. Она готова была утратить терпение. Меркурио повернулся к Джудитте и подал ей оговоренный знак.
– Меркурио мне все рассказал! – крикнула Джудитта. – Он сказал мне, какой ты была жалкой, когда разделась перед ним в таверне «Под красным фонарем»…
– Ты не знаешь, о чем говоришь, шлюха!
– Тихо! – Писарь позвонил в колокольчик.
– Он рассказал мне, что несколько дней назад ты приходила к нему, нежно гладила его по голове, думая, что он плачет. А на самом деле он не плакал, он смеялся над тобой, – продолжила Джудитта. – Он мне все рассказал! А еще сказал, что ты ему противна! Ему противно то, как ты увиваешься за ним…
– Грязная шлюха!
– Заставьте их обеих замолчать! – возмутился патриарх.
– Он говорил мне, что ему достаточно поманить тебя пальцем, как ты уже валишься ему в ноги…
– Чтоб ты сдохла!
– Тихо!
– И он сказал мне, что ты все время лжешь! Говоришь всем, что стала любовницей благородного и одаренного властью человека, а на самом деле ты просто служанка в его доме! – Джудитта презрительно рассмеялась.
– Шлюха, прошмандовка жидовская! – Бенедетта попыталась сбежать с трибуны и броситься к клетке, но Меркурио и Святой остановили ее.
Она была настолько вне себя от гнева, что вены проступили у нее на шее.
– Я любовница патриция Контарини, он прикажет перерезать тебе горло в тюрьме, если узнает, как ты оскорбила меня, шлюха!
Святой зажал ей рот ладонью.
– Молчи, распутная тварь! – рявкнул брат Амадео, хватая девушку за плечи и встряхивая.
Бенедетта потрясенно уставилась на него. Она даже не поняла, что только что натворила.
Меркурио отпрянул на шаг, повернулся к Джудитте и едва заметно кивнул.
Исаак, распахнув рот от изумления, повернулся к Ланцафаму.
Толпа притихла.
– Надеюсь, я не натворил бед… – Недотепа отец Венцеслао испуганно повернулся к патриарху и беспомощно развел руками. – Я… Я…
– Вы выполнили свой долг, отец Венцеслао. – Патриарх с трудом подавил гнев. Выпрямившись, он направил указующий перст на Бенедетту. – Эта женщина допустила серьезный проступок…
Толпа загудела.
Палец патриарха дрогнул.
– Она возвела поклеп на моего племянника Ринальдо, а значит, осквернила имя всей моей семьи. В этом же зале Ринальдо Контарини обвинит ее во лжи.
– Я как-то не понял… – Глупенький отец Венцеслао потрясенно распахнул глаза. – Вы хотите сказать… что эта женщина лжет?
Бенедетта почувствовала, как у нее подгибаются ноги.
– На сегодня заседание суда объявляется оконченным, – провозгласил патриарх. – Процесс продолжится через два дня. – Он встал. Контарини трясло от злости, но он сумел сдержаться и чинно вышел из зала монастыря. Послушники несли за ним пурпурный шлейф.
Но толпа смотрела только на отца Венцеслао, монаха, из-за которого весь процесс пошел наперекосяк.
А главное, среди людей, не сводивших глаз с доминиканца, был особенный гость. Он стоял немного в стороне, чтобы не обращать на себя внимание. Невзирая на жару, он надел накидку с капюшоном. Глаза незнакомца горели, а пальцы поглаживали странной формы шрам на его шее – шрам, напоминавший оттиск монеты.