Его люди подняли раненого и перенесли на судно. Исаак, Джудитта, Жуан и Цольфо поднялись на борт, и Ланцафам последовал за ними, попрощавшись со своими солдатами. Когда все уже были в лодке, Цольфо нерешительно оглянулся и посмотрел Бенедетте вслед. И пока матросы спускали парус, мальчик думал о том, как прибыл в Местре после бегства из Рима. Тогда и он сам, и Меркурио, и Бенедетта были вместе. Тогда Бенедетта, когда Цольфо решил остаться с братом Амадео, прыгнула через поручни судна не раздумывая. Она пыталась предупредить Цольфо о монахе, пыталась освободить его из лап доминиканца. Тогда Бенедетта была другим человеком. И в ее взгляде не сквозил холод.
И тогда Цольфо принял решение. И прыгнул на берег.
– Цольфо… Что ты делаешь? – Меркурио потрясенно уставился на него.
Мальчик оглянулся, и впервые за долгое время в его глазах сверкнула искра надежды. Может быть, они с Бенедеттой сумеют начать все заново. Может быть, она тоже изменилась после всего случившегося. Цольфо смотрел на Калле-деи-Фузери, улицу, по которой, ссутулившись, шла Бенедетта.
– Она осталась одна, Меркурио. – Цольфо покачал головой, точно прося прощения. – Я нужен ей…
Меркурио осторожно попытался подняться и, когда Исаак хотел остановить его, просто отпихнул доктора в сторону и пристально посмотрел на Цольфо.
– Иди… – произнес он наконец.
В глазах Цольфо стояли слезы. Он боялся и в то же время чувствовал, как разгорается в его душе радость.
– Спасибо… – прошептал мальчик.
– Ну беги уже, – улыбнулся Меркурио.
Цольфо, улыбнувшись в ответ, бросился бежать, шлепая по подсохшей на жаре грязи.
– Бенедетта, подожди меня! – крикнул он.
Меркурио повернулся к Джудитте, их взгляды встретились. Он понял, о чем девушка сейчас думает: она вспоминала первый день в Местре, когда Меркурио бросил ее на корабле с капитаном Ланцафамом, чтобы остаться со своими друзьями.
– Не волнуйся, – улыбнулся он, качая головой. – На этот раз я не стану прыгать в воду…
– На это у тебя просто не хватит сил, – ухмыльнулся Ланцафам.
Лодка заскользила по воде.
Меркурио серьезно посмотрел на Джудитту.
– Теперь я знаю, где мое место.
Джудитта взяла его за руку и в последний раз посмотрела на Калле-деи-Фузери. Цольфо уже догнал Бенедетту, и они остановились посреди улицы, горячо что-то обсуждая.
– Что они теперь будут делать? – задумчиво спросила Джудитта.
– Они пробьются в этой жизни. Будут воровать… мошенничать… – беззаботно ответил Меркурио. Он снял парик с поддельной тонзурой. – Такие люди, как мы, иначе не умеют.
– Мне нужно осмотреть тебя, – заявил Исаак. – Если, конечно, ты доверяешь доктору-самозванцу.
– Больше, чем настоящему доктору… – Меркурио улегся на дно судна.
Исаак взрезал монашескую рясу ножом и осмотрел рану, а затем молча покачал головой. Глаза Джудитты наполнились слезами.
– Кто, черт подери, накладывал эту повязку? – осведомился Исаак.
– Я, – ответил Жуан.
– Тогда тебе лучше оставаться моряком, – проворчал доктор.
Тем временем лодка плыла все быстрее. Они оставили позади канал Рио-ди-Сан-Моизе и в одно мгновение ока очутились в Гранд-канале, проплыли в направлении Рива-дельи-Скьявони и свернули налево.
– Этого парня нужно как следует заштопать и накачать лекарствами, – сказал Ланцафаму Исаак. – Нужно плыть в больницу.
– И не мечтай об этом, доктор, – возразил капитан.
– Нет! – вскинулась Джудитта.
– Мы не можем показаться с тобой в Венеции, это полностью исключено. Как только заметят, что мы не вернулись в тюрьму, за нами бросятся вдогонку.
– Но…
– Это полностью исключено, – повторил Ланцафам. – Сейчас мы поплывем к нашему кораблю. А потом наши гребцы отвезут доктора в Местре, он возьмет там все необходимое и вернется к нам. Так у нас будет хоть какая-то надежда не попасться. Любой другой план заведомо не сработает. Я прав, мальчик? – Он повернулся к Меркурио.
– Вы совершенно правы. – Парень приподнял голову и повернулся к Тонио и Берто. – Ну-ка, покажите, на что вы способны! – Из последних сил он крикнул во все горло: – На весла… приготовились и… налегли, гребцы!
Нос лодки взрезал воду. Тонио и Берто вложили столько усилий в это движение, что весла заскрипели. Прибыв на верфь Жуана дель Ольмо, братья высадили всех остальных, кроме Исаака, и помчались в Местре. Сильные руки перенесли Меркурио на корабль. Все это время он не выпускал ладонь Джудитты из своих пальцев. Люди Жуана осторожно уложили его на палубу. Мозье с повизгиванием подбежал к Меркурио, завилял хвостом и лизнул друга в руку.
Когда Жуан собрал свою старую команду на борту и гребцы подготовили весла к отплытию, Тонио и Берто вернулись.