– Ты только посмотри. – Исаак обнял дочь за плечи, освобождая ее от наплыва чувств, грозящего захлестнуть душу. Он поднял руку, показывая вперед. – Только посмотри…
И тогда Джудитта увидела призрачные, еще размытые очертания города, проступившие в тумане.
– Венеция… – Исаак словно пытался распробовать это слово на вкус. – Венеция.
Тем временем перевозчики умело орудовали веслами, направляя лодки против течения. От воды несло гнилью.
– Доктор Негропонте, – торжественно обратился к нему Доннола. – Я хочу попрощаться с вами и пожелать вам всего самого лучшего.
– Спасибо, Доннола. Ты был превосходным помощником, – не менее торжественно ответил Исаак.
Доннола задумчиво покивал и вдруг, оставив всякую торжественность, склонился к Исааку:
– Если вам еще понадобится помощник, то вы найдете меня за Риальто, у рыбного рынка. Я мог бы поставлять вам клиентов.
От изумления Исаак не нашелся, что ответить. Он еще не задумывался о том, что будет делать.
– Мне это кажется хорошим предложением, – уклончиво сказал он. – Тогда я зайду к тебе как-нибудь. На Риальто.
– Нет, не на Риальто, – поправил его Доннола. – За Риальто, у рыбного рынка.
– Точно. За Риальто. Я запомню.
– И если хотите, – уже совсем перешел на шепот Доннола, – я могу продать вам инструменты, которыми вы пользовались в эти дни. Могу предложить вам хорошую цену.
– Нет, спасибо, Доннола, – отказался Исаак.
Он боялся, что в таком городе, как Венеция, каждый поймет, что он не настоящий врач. Джудитта тронула отца за рукав.
– Но почему нет… доктор? – Черные как смоль глаза дочери молили его согласиться на предложение Доннолы.
– Вы можете расспросить своих коллег. А вдруг кому-то понадобятся инструменты? – настаивал Доннола.
– Да, если подумать… – протянул Исаак. – Мне бы инструменты пригодились… – Он подмигнул Джудитте. – Если бы только цена меня устроила.
Доннола ослепительно улыбнулся, но его лицо тут же приобрело серьезное выражение.
– Я бы снизил цену… – начал он. – Но большую часть золота мне придется отдать семье Канди, мне самому не так уж много и останется… – Он замолчал.
Исаак, не говоря ни слова, смотрел на него. Доннола пытался выторговать у него побольше монет, но Исаак мог победить его на этом поле.
– С другой стороны… – наконец нарушил молчание Доннола, – у этого фельдшера была не такая уж и большая семья…
Он рассмеялся, догадавшись, что ему попался крепкий орешек. Осознав это, Доннола решил сменить тактику.
– Просто назовите мне цену, доктор, – предложил он. – А потом мы обсудим, сколько вы будете платить мне за каждого приведенного мной пациента.
Исаак удовлетворенно улыбнулся. Доннола был отличным мошенником. Он знал свое дело и сумел прижать собеседника к стенке. Теперь Исаак был вынужден принять его предложение о сотрудничестве. Но этот странный маленький человечек наверняка будет хорошим партнером.
– Договорились, Доннола, – кивнул он. – По рукам.
Сказав это, Исаак ощутил острое желание повернуться и еще раз взглянуть на этот дарящий надежду город, словно внутренний голос молил его не пропустить ни мгновения этого чудесного дня.
Когда Венеция окончательно вынырнула из тумана, у Исаака дух перехватило от блеска мраморных фасадов палаццо – венецианских особняков. Он и представить себе не мог, что бывает такая красота. В то же время Исаак с изумлением увидел, как под водой, точно зеленые флаги, колышутся водоросли. Он никогда не думал, что бывают столь изящные колонны и капители, столь искусно сделанные арки, столь восхитительные статуи мифических героев, диковинные орнаменты и резные головы животных, высеченные в мраморе балконов. Повсюду к небу тянулись тонкие печные трубы, словно лапки огромного краба, перевернувшегося на спину. Исаак чувствовал, как нарастает в нем волнение. В конце концов, он только что воплотил заветную мечту своего отца. Мужчина любовался дутыми стеклами в свинцовых рамах и плотными яркими шторами, висевшими на черных деревянных карнизах. На карнизах виднелся резной золоченый узор – цветы и листья. И хотя Исаак и раньше слышал о таком, его потрясли особые лодки, которые можно было увидеть только в Венеции. Гондолы, длинные, узкие, способные маневрировать в тесных каналах, изогнутые на носу и корме, впереди – одно-единственное весло, а сзади – что-то вроде металлического набалдашника со стилизованным изображением Гранд-канала и всех частей города. Загляделся Исаак и на огромный мост Риальто – сейчас его развели, чтобы пропустить галеру с двумя мачтами. И наконец его взгляд устремился к месту, где Гранд-канал расширялся, чуть ли не превращаясь в маленькое озерцо. Слева, у Дворца дожей, простиралась площадь Сан-Марко, запруженная восторженной толпой. Едва лодка с солдатами подплыла поближе, как толпа разразилась ликующими возгласами.