«Я готов», – решительно подумал он и поскакал к таверне.
Глава 22
На следующее утро Меркурио и Бенедетта гуляли по мосту Риальто, пытаясь понять, как же им украсть новую одежду, когда к ним подошел какой-то тип с повязкой на глазу. Собственно, так его все и звали – Одноглазый.
– Следуйте за мной. Скарабелло ждет вас, – сказал Одноглазый.
Сразу за мостом они свернули налево и пошли вдоль Гранд-канала по Фондамента-ди-Рива-дель-Вин. Чтобы не забрызгаться грязью, они старались ступать по деревянным доскам, брошенным по улице. Впрочем, кое-где улицу перегораживали винные бочки – отсюда вино доставляли во все таверны и дома Венеции.
Меркурио и Бенедетта последовали за своим проводником по Рио-Терра-дель-Фонтего, мимо церкви Сан-Сильвестро, свернули налево и очутились на площади Сан-Сильвестро.
Скарабелло, широко разведя руки, стоял в мастерской меховщика. Тут воняло кислотой, которой пользовались для дубления кожи. На плечах Скарабелло красовалась черная меховая накидка. Вокруг него суетилось два подмастерья с кисточками в руках. Кисточки то и дело обмакивались в ведерко, до краев полное черной краски. Меркурио заметил, что кое-где на накидке проступал коричневый цвет. Чей это был мех, он так и не понял. Шкура была мохнатой, как у собаки или медведя.
В левой руке Скарабелло зажимал нож с насаженным куском говядины и время от времени откусывал сочное мясо. Немного в стороне, на белых камнях у подножия дома, сидело трое его сопровождающих, к которым присоединился Одноглазый.
– Как тебе Венеция? – полюбопытствовал Скарабелло, глядя только на Меркурио. Бенедетту он не удостоил и взглядом.
– Полно кур. – Меркурио не переставал удивляться белоснежным волосам Скарабелло.
– И кто же тебе сказал, что эти курочки попадут тебе в ощип? – осведомился Скарабелло.
– Полагаю, для этого мне понадобится твое разрешение.
Скарабелло довольно ухмыльнулся.
– Долго еще? – нетерпеливо спросил он у подмастерьев.
Те промолчали, но меховщик поспешно вышел из-за прилавка, чтобы проверить дело их рук.
– Скарабелло-Клинок, это непростая работа, – жалобно протянул он. – Краска должна высохнуть.
– У меня нет на это времени, – раздраженно отрезал Скарабелло. – Долго еще?
– Они почти уже закончили, – заверил его меховщик.
Отмахнувшись, Скарабелло откусил мясо с ножа.
– А теперь рассказывай, что ты удумал, – приказал он Меркурио.
– Нам нужна новая одежда. В этом тряпье нас за милю учуют.
Беловолосый промолчал.
– Я неплохой плут, а она прекрасно умеет стоять на стреме, я уже говорил тебе. Просто скажи нам, что…
Скарабелло резким движением поднял руку, приказывая юноше замолчать.
– Мне надоела ваша толкотня, – набросился он на подмастерьев.
– Мы уже закончили, Скарабелло-Клинок, – сказал один.
– Но будьте осторожны, когда… – начал второй.
– Иди к черту, – перебил его Скарабелло.
Он жестом приказал Меркурио следовать за ним, свернул в переулок Калле-дель-Луганегер и пошел мимо лотков, с которых торговали жареными сосисками. Его люди, Меркурио и Бенедетта поплелись следом.
Скарабелло быстро шел в сторону площади Сант-Апонал. Остановившись неподалеку от церкви, он указал Меркурио на заброшенный магазинчик, в котором давно уже никто ничего не покупал.
– Пять лет назад в этом доме родился уродец с двумя головами, четырьмя руками и тремя ногами. У него было два тельца, мальчика и девочки, сросшиеся воедино. Дети травника. – Он указал ножом с насаженным куском мяса на человека, сидевшего за прилавком. – Девочку назвали Марией, мальчика Альвизе. Они прожили около часа. После их смерти доктор забрал их и забальзамировал. С тех пор больше никто не заходит в эту лавку.
Меркурио посмотрел на травника.
– Так почему же он не закроет свой магазин?
– Потому что теперь он работает на меня. Треть своей добычи будешь приносить ему. А он уже передаст мне.
– Пятую часть, – возразил Меркурио.
– Ты не в той ситуации, когда можно торговаться, мальчик.
Небо потемнело, поднялся ветер. Вдалеке послышались раскаты грома.
– Четверть.
– Ты глухой?
– Ну хорошо, – покорно опустил голову Меркурио.
– Но я не думаю, что ты много заработаешь, – улыбнулся Скарабелло, посмотрев на своих людей.
Те откровенно посмеивались над Меркурио и его спутницей.
– Не похож ты на талантливого вора. И ты явно понятия не имеешь, что тебе делать.