— Арнаар, — позвал Александр и поставил фонарь на полку возле двери. — Это наши друзья… — он оборвал речь на полуслове, закрыл дверь, хлопнул себя по лбу и подошел к дракону с весьма воинственным видом. Дракон занервничал, соскрёбся с пола и уселся по-кошачьи, обернув хвостом лапы, на всякий случай, прижал иллюзию к боку, прикрыв крылом. Александр упер руки в бока и хмуро сверлил его взглядом: — Как же я раньше не сообразил! Скажи пожалуйста, восставшие мертвецы ведь появились далеко не случайно, они побочный эффект от магии иллюзии? Поначалу я подумал, что это влияние контура, но ты же его поддерживаешь, так что первоисточник, если дать себе возможность хорошенько подумать, в принципе понятен.
Дракон округлил глаза, но так как говорить он не умел, то лишь досадливо фыркнул, выпустив облако дыма. Непонятно только было, что он имел в виду: возмущался сообразительностью Александра или, напротив, тем, что тот не дошел до этой мысли ранее?
— Хм, иллюзия — мощный источник магии, из него черпает силы дракон, Арнаар, — ухватил мысль Александра Сергей и подошёл ближе к дракону. — Он же, в свою очередь, поддерживает контур защиты, а поверх клубится тёмная магия кукловода. И… если предположить, что… периодами смертоносное заклятие многократно увеличивает силу, и защита соответственно тоже. В этот миг магия, подобно волне, резко возрастает в силе, охватывая всех, кто находится на корабле, и уносится на довольно большое расстояние. Сколько было таких всплесков?
Арнаар склонил голову набок, просиял и когтем поскрёб по доскам пола трижды. Я поняла, что считать всё ещё не разучилась, а в остальном почувствовала себя тупицей. Куда уж мне до нашего дознавателя, так лихо сопоставлять детали и делать верные выводы, зацепившись за новые вводные, аж завидно. Немного. Ровно настолько, чтобы пообещать себе пореже задирать нос и почаще включать мозг.
— Да, верно, а два последних всплеска, примерно с разницей в сутки, — продолжил Сергей. Дракон согласно кивнул рогатой головой. — Убивая с помощью тёмного заклятия, кукловод создал привязку своего дара к собственной магии, клубящейся вокруг корабля, усилив связь кристаллом — Тайгелем. Его жертвы многократно увеличивали воздействие колдовства, что окружает ваш контур. Их поведение, впрочем, как и наше расследование, совершенно не влияли на то, что эти убийства совершились, они просто ненужные пешки, которыми пожертвовали в назначенный час. И после первого убийства вся магия вокруг тела исчезла, теперь этому тоже нашлось объяснение: первая, основная привязка вытянула не только жизнь из жертвы, но и всю доступную магию в радиусе воздействия! Примерно тогда же и восстали из могил наши знакомые, они попали под общий фон иллюзии, смертельной магии и усиления защиты корабля. Тематики изученных древних книг прекрасно вписываются в эту версию! Поэтому Волков, Востриков, Кочкин тоже подпали под воздействие всплеска, но основа магии была тёмной, убийственной, поэтому они не ожили, а просто после кончины обрели излишнюю подвижность. Но учитывая, что скелеты восстали из-за иллюзии, они, после того появившись на корабле, должны были не исчезнуть, а, напротив, стать более реальными, — завершил объяснение всем странностям последних дней Сергей и взглянул на дракона. Ящер недовольно ощерился. — Здесь ты управляешь магией этой необычной иллюзии, а они явились со шлейфом теневой магии? Ты их развеял? Или их магия несовместима?
Арнаар вытаращил глазищи и махнул лапой. Суть его эмоциональной пантомимы опять никто из нас не понял. Очень удобно! Ага! А, нет, это я опять ничего не понимаю. У Сергея проблемы в понимании дракона не возникло. Он кивнул и прошёлся по каюте, к двери, потом мимо дракона к иллюминатору. Судя по всему, его последнее предположение оказалось верным.
— Ничего себе! — ошеломлённо протянул Александр. — Так, видимо, поэтому кукловод рьяно искал дочку старпома, чтобы убить девушку, а возможно, и Найру, этим увеличив поток тёмной магии во много раз. В таком случае удар был бы наиболее нацеленным и сокрушительным.
— Да, очень вовремя судьба нас занесла в Край чёрных туманов, где мы укрыли от его поисков Алину, а чуть позже и маму девушки, — выдохнул Лёшка.
Он побледнел, осознав, чем могло обернуться любое наше промедление. У Лёшки, как и у всех нас, с воображением проблем не было. Я решительно отмела тревожные мысли: всё ведь обошлось, так зачем себя накручивать? И без того есть о чём переживать, например, как выбираться из пучины океана и поймать злодея.
— Понять бы, кто этот кукловод! — рявкнул Александр. — Хоть одно предположение есть?