Вытер с пола лужу молока, но на отпечатки лап рука с тряпкой подняться не посмела. Кроме правок в тексте, лишь они напоминали о визите в мой дом дракона. Поскреб в затылке и, схватив смартфон, наделал снимков, костеря себя от души за то, что не додумался сфотографировать Шкипера, а ведь лежал смартфон на спинке дивана, оставалось только руку протянуть! Эх! Сколько раз за собой замечал дурную рассеянность не к месту, но настолько потерять рассудок, хм — это уже пугает.
Поймав себя на этих крамольных размышлениях, вернулся на кухню, сварил в турке и выпил залпом, как лекарство, две чашки крепкого кофе. Благодаря бодрящему напитку, в голове зародилась одна, зато весьма дельная мысль: а ведь моя забывчивость и тугоумие имели вполне объяснимую природу — драконью! Мелкий все же был существом волшебным, вот и напустил мороку, поэтому я и на диване уснул, оставив его в покое, позабыв привычную бессонницу и забросив незаконченную историю. Лучший выход, дабы навязчивый человек не приставал с вопросами. До сих пор еще не до конца отпустило, хорошо хоть мыслительный процесс включился.
Пробежав глазами по правкам дракона, я с недоумением поскреб в затылке. В большинстве своём, они действительно касались особенностей жизни крылатых существ. Однако небольшая их часть выбивалась из общего ряда, всего семь слов, на непонятном языке. Я переписал их на отдельный листок, некоторое время крутил-вертел так и эдак. Понимания от этого ни капли не прибавилось. Поискал слова в интернете — пусто, ничего даже отдаленно похожего нет, ни на одном из языков мира. Неожиданно! За стенами дома поднялся настоящий буран. Ветер, злобно завывая в печной трубе, с удвоенным рвением стирал с лица земли дорогу, дома, машины, ослепляя оконные стекла непроницаемой пугающей белизной. На меня навалилась дикая усталость, знакомый симптом. Организм и мой смятенный разум, выступив на диво слаженным дуэтом, выкинув белый флаг, запросили пощады.
Сунув смартфон в карман брюк, с листком прошелся по дому, бормоча слова себе под нос, меняя их местами. Примерно на пятом варианте остановился, будто на стену налетел. Тело прошиб холод, в глазах для начала покружились бесящие точки, а после потемнело. Я, выпустив листок из внезапно ослабевших пальцев, мешком свалился на пол и отключился, подумав, что я никогда в жизни, до сего дня, не терял сознание… неприятный опыт!
— Что же такое-то! Угораздило, — охнул я, пытаясь приподняться на локте, под боком хрустнул несчастный листок. Я нащупал его, зажав в кулаке, спрятал в карман. — Ох, тоже мне — автор книг, такая простейшая ловушка, и повелся как дурак! Конечно, читать незнакомую тарабарщину с листочка было просто необходимо, да!
Поднял глаза, с изумлением осматривая высоченный стеллаж, доверху забитый пыльными, старыми книгами. Вцепившись в ближайшую деревянную полку, немного сдвинув в сторону парочку томов, поднялся. Стоял я неподалёку от прилавка в книжном…нет, на магазин место не тянет, скорее уж на лавку. Да, точно! Я каким-то чудом оказался в книжной лавке! Едва я об этом подумал, как пол под моими ногами ощутимо качнуло. Падать мне уже поднадоело, поэтому, хватаясь за все подряд, я добрался до прилавка и уселся на стул, стоявший неподалёку. Мне необходимо было осознать, что, черт побери, вообще происходит!
— Или лучше пока не осознавать? А для начала перестать разговаривать сам с собой, не к добру это, — протянул я, стараясь дышать размеренно и не поддаваться панике, похоже, у меня еще будет для этого возможность, чуть позже. — Здесь есть кто-нибудь!
И вот в этот самый момент, странное оцепенение спало. Прижав ладонь к сердцу, я уткнулся лбом в прохладную поверхность прилавка, сцепив зубы. Мышцы скручивало в жгуты, вдоль позвоночника разрастался очаг горячечной пульсации, огнем растекавшейся по венам.
— Потерпите немного, сейчас пройдёт, — сказал кто-то. — Последствия ворожбы ментального характера, да еще наложившиеся на сложнейший портальный переход, бывают неприятны и продолжительны, если вовремя не прийти такому несчастному на помощь. Хм, как же вас так угораздило?
— Дракон, — только и смог выдавить я.
— Не повезло! — в голосе прибавились нотки ехидства. — Впрочем, как посмотреть, возможно, у вас будет иное мнение, по этому поводу!