— В академии я понял, что девушка сдаваться смерти не намерена, подкинул ей пару раз необходимые книги и приглядывал по мере возможностей, — заявил Игнат Тиниевич, чем ввёл нас всех в ступор. — Но она умница, вызнала информацию о вашем родстве и карту раздобыла, понятно теперь, где именно — отец привез. Ох, а потом наворотила не пойми чего! Обманки, остров, даже хорошо, что судьба перекроила все по иному, в лучшую сторону.
— Да, повезло, что так обернулось, и я не один оказался на острове. Без помощи Арины и Макса ни за что бы не справился! — буркнул Лёшка, до сей поры не принимавший участие в нашей болтовне, и, вооружившись списком необходимых трав, сумкой и половником, потопал к котлу.
Макс по необходимости передавал ему готовые порошки. Алексей Панкратьевич подтвердил, что на Алине теневое проклятие, рецепт подходит, и внимательно следил за действиями Лёшки. В нужное время, распахнув дверь избы (чтобы усилить воздействие тумана), выдал ему ценные древние травы. Изготовив новую порцию настоя, Лёшка снова провел проверку на безопасность: настой на мгновение вспыхнул золотистым цветом.
Глава 12. Проклятие с подвохом
Лёшка трясущимися руками зачерпнул настой половником, перелил в деревянную кружку, любезно предложенную хозяином дома, и, приподняв голову девушки, осторожно, чтобы не расплескать ценное зелье, влил настой ей в рот. Все присутствующие в тревожном волнении затаили дыхание. В звенящей тишине я услышала потрескивание огня и завывание ветра на чердаке избы. Его дуновение незримым потоком проникло в избу, качнуло пучки трав под потолком, коснулось моей щеки. Я глубоко вздохнула, осознав, что в глазах мелькают пятна, а дышу я от напряжения редко и часто. Осталось только рядышком с Алиной прилечь!
Девушка по-прежнему оставалась немного прозрачной, но внешность её начала мало-помалу меняться: волосы потемнели, бледность исчезла, сменившись румянцем; она открыла глаза. Ох, они были разными: один голубой и один карий. Похоже, что-то с зельем мы недоработали, даже я это понимала. Лёшка осмотрел её, потом насупился, уткнувшись в список. Алина попыталась сесть и со стоном схватилась за голову.
— Ой, что-то мне нехорошо, — выдохнула она.
Лёшка поймал её и уложил обратно в постель. Она оставалась в сознании, но притихла и дышала прерывисто.
— Так, это уже странно! Рецепт не изменили, настой сварен в точности как нужно, он не мог не помочь, — с недоумением сказал Алексей Панкратьевич, захлопнул дверь и подошёл ближе. — Алексей, давай-ка осмотрю, проклятие я получше изучил, так быть вообще-то не должно, хм…
Лёшка отодвинулся, но недалеко, он навис над Алексеем Панкратьевичем, внимательно следя за его манипуляциями. Молчание в домике воцарилось абсолютное, я бы сказала, могильное, но каркать категорически не хотелось. Все мы даже дурные мысли в головы боялись допустить. Алина застонала, но глаза не открыла. Алексей Панкратьевич руками около четверти часа совершал какие-то замысловатые пассы над девушкой, чем едва не довёл остальных, то есть нас, до нервного припадка (сидеть и ждать было невероятно сложным делом и в менее экстремальной ситуации). И отвлечься всем нам было не на что, кроме Макса, он-то наверняка перетёр травы в ступке в пыль. Потом лекарь нахмурился, помахал руками ещё разок и, со вздохом вытирая взмокший лоб рукавом, сел на край кровати.
— Дело ясное, но от этого не легче, — он почесал бороду.
— Что не так? — охрипшим голосом спросил Лёшка.
— Проклятие предназначалось именно ей, никакая это не ошибка, и маг, который его прислал, очень сильный, к тому же он наложил дополнительное тёмное заклинание, оно не позволяет зелью подействовать до конца, а соответственно, и вылечить девушку, — сказал он. — Так просто его не заметить, если не знать, что такое возможно, и проявить привязку может лишь попытка снятия проклятия, я не раз с подобным сталкивался в своей прежней практике. Кто же откопал эти забытые древние заклинания, и так жестоко поступил с несчастной… хм…
Алексей Панкратьевич задумчиво уставился на девушку.
— Алина… — начала было я.
— Зелья хватит, она на нём продержится некоторое время, но нужно найти того, кто наложил и проклятие, и привязку…
— И попросить его вежливо снять заклинания? — угрюмо спросил Макс.
— Нет, дам я вам один настой чуть позже, сварить его много времени не займёт. Он разорвёт связь жертвы и убийцы, осталось выяснить его имя и придумать, как зельем напоить, — пояснил Алексей Панкратьевич. — Хм, ещё нечто странное ощущается в её ауре, не могу понять только…
Пират встал и, почёсывая за рогом мелкого, тоже навис над девушкой. Дракончик зашипел и расправил крылья, но смотрел при этом в окно. Игнат Тиниевич проследил за его взглядом, как и я. Однако никого за стеклом не заметили, висельник испарился, над деревьями занимался рассвет, клочья тумана таяли, лес преображался, стряхивая мрачные покровы. Я мысленно хмыкнула: вот это завернула. Радует, что утро наконец настало, а я отстранённо подумала, что поспать не помешало бы, хотя бы несколько часов. С другой стороны, всего-то около суток на ногах, для студентов академии это не страшно, позже выспимся. Щёлкнула пальцами, бодрящее заклинание скользнуло по коже, но в моей голове, как и в лесу за стенами избы, до сей поры клубилось непроглядное марево, надоевшее до зубовного скрежета. Жаль, действия заклинания хватит ненадолго, но передышка мне сейчас важна как воздух.