Секретарша ушла, он все-таки попытался открыть папку непослушными пальцами. Лиса не смогла спокойно смотреть на его мучения. Помогая, задела фото в стилизованной под штурвал рамочке, поправила.
— Родители, — буркнул Иван, не глядя ни на Лису, ни на фото.
Надо же. Родители. У этого автомата есть родители? Они обычно есть у тех, кто был ребенком. Представить детство Ивана было сложно: он родился уже доктором Норманом!
Повесть "2 и 3" 4
Часть 4. На борту космического корабля и на борту обычного
Но у человека без детства оказались в наличии не только родители, но еще и приятель. В кабинет вошел, улыбаясь, врач — может даже и старше Ивана, но из той породы людей, которые выглядят вечными мальчиками, несмотря на седые волосы в бороде.
— Совершенно случайно узнал, что ты у себя! — сказал он радостно. — Жив?!
— А почему доктор Норман должен быть мертв? — строго спросила Лиса.
Бородач показал на нее с веселым недоумением:
— Это еще кто такая?
— Лиса, — развел руками Иван, как будто «Лиса» что-то объясняло, и сказал уже Лисе: — Не придирайся, это обычное приветствие доктора Каца. Не имеет отношения к аварии.
— Почему ты такой замученный? Сложный пациент? — посмотрел он на приятеля внимательно.
— Не то слово! — доктор Кац начал рассказывать. — …И что ты думаешь по этому поводу? — поинтересовался в конце.
— Не спрашивай! И вникать не буду, — запротестовал доктор Норман. — Ты же знаешь, я детьми не занимаюсь.
— У меня уже глаза зашорены, — взмолился доктор Кац. — Мне не нужно твоего официального мнения. Просто выслушай отстраненно и скажи, ЧТО, что я еще не обследовал. Ну просто заколдованный случай.
Иван сдался, и они углубились в обсуждение проблемы какого-то маленького пациента, совсем не по профилю доктора Нормана.
— Я не волшебник, — повторял время от времени Иван, — и не ясновидящий.
Довольный обсуждением Кац повернулся к Лисе:
— «Неясновидящий» тебе рассказывал прошлогодний случай?
— Нет, — заинтересовалась Лиса.
— Человек отдыхал, купался в океане. Обнаружили на песке, без сознания. Местные предположили сердечный приступ. Доставили в свой госпиталь. Никаких признаков сердечного приступа. Вообще все в норме. Но пациент в коме. Перевезли в результате к нам, в городской госпиталь. Норман пробегал мимо, взглянул мельком и спросил, делали ли МРТ позвоночника. МРТ подтвердила травму позвоночника. Пациент, к счастью, вышел из комы, несмотря на все их усилия, — пошутил доктор Кац.
Бородач поднялся и протянул руку, прощаясь. Иван поднялся тоже и просто легонько хлопнул того по плечу вместо рукопожатия.
— Что? Иван? — доктор Кац заглянул Ивану в глаза.
Норман скривился, отвел взгляд и вздохнул.
— Пальцы! — ахнул доктор Кац.
Иван кивнул.
— Ну-ка покажи снимки!
— Я их не взял. Но хорошего мало. Было четыре закрытых перелома. Четыре!
— В отделении еще не говорил?
— Нет. Думаю Гордону выбить стажировку в Америку. Будет хороший хирург. Только вот руководитель из него никакой.
— Ты это погоди. Где ты пропадаешь? Давай возвращайся, пускай у нас посмотрят. Не паникуй раньше времени. — Но лицо у доктора Каца вытянулось от огорчения и сочувствия.
Когда он ушел, Лиса жалобно попросила:
— Иван, уже очень поздно. Может, нам пора?
Иван заковылял к двери. Лиса двинулась за ним, остановилась в раздумье, вернулась и взяла зеленую папку со стола. Она спрятала ее в багажнике машины.
— Будешь домой заезжать? — спросила, сев за руль.
— Зачем? — устало спросил Иван. — Поехали в клинику.
Иван в машине угрюмо молчал.
— Твоя секретарша замужем? — неожиданно спросила Лиса.
— Да. Впрочем, нет. Гм. Не знаю, — очнулся от своих мыслей Иван.
— А когда у нее день рождения?
— Не знаю. А что? — удивился Иван.
— Так, ничего. Доктор Каллиган знал такие подробности о своих подчиненных, — деланно равнодушно сказала Лиса.
Иван попался на ее удочку.
— Наслушалась стонов его преданной старой гвардии, что я его подсидел? — саркастически поинтересовался Иван.
— А ты его не подсиживал? — поддразнила Лиса.
— Да я даже не знал о его существовании! — взорвался Иван. — Я обратился в департамент здравоохранения. Вот мое резюме, вот список моих публикаций, вот тут, кстати, отзывы о моих работах с фамилиями, о которых наслышаны даже в вашем департаменте. И я готов работать у вас. НО! Дайте мне отделение и свободу действия, только тогда я приеду. Уж не знаю, кому и чем насолил Каллиган, но отдали мне именно его отделение.
— Ну конечно, — пошутила Лиса. — Как же тебя не взять? Не только хирург. С твоей знаменитой интуицией можно на обследованиях сэкономить…