- Я? Да у меня сердце кровью обливается, глядя на Ника! - повысил голос Алекс. - Николас - и приступы мазохизма. Вот довела! И беззастенчиво пользуется его добротой и любовью! Стерва!
- У нее муж умер, ее половинка. У этой «стервы» такое страшное горе, что она действительно не замечает, что там творится у Ника. Ей так плохо, что ей не до него!
- Как бы не так! - заорал Алекс, но ему пришло в голову, что их крики могут разбудить спящего в домике буквально в двух шагах отсюда Николаса, и он понизил голос. - Она перекладывает на него свои проблемы.
- Это естественно. Когда тебе искренне сочувствуют, когда так хочется немножко сострадания... - Эна махнула рукой, не договорив. Разве это объяснишь?
- Угу, как же. А идея с ребенком?
- Я ее понимаю, - глухо сказала Эна. - Я бы на ее месте сделала то же самое. Валялась бы в ногах у твоего брата.
- Эна, если тебе это так надо, то делай сейчас, при мне. Чтобы потом не взваливать на ни в чем не повинного ребенка свои бзики. Он-то за что должен страдать? Детей с целью сделать из них памятник умершему возлюбленному не рожают! Это... это мерзко!
Оба тяжело дышали и гневно смотрели друг на друга.
- Мы что, ссоримся? - жалобно спросил Алекс.
Эна заплакала. Алекс обнял ее, погладил по лохматой голове и зашептал:
- Неправда, ты бы не стала никого мучить. Ты бы заметила, что Ник готов переступить черту, и удержала бы его. Или ответила бы на любовь. Послушай! Если со мной что-нибудь случится, знай: я уйду с мыслью, что ты меня любишь и никогда не забудешь. Но обещай мне не терзаться, жить дальше. Хочешь - выходи замуж. Только не мучайся и не мучай других. Обещаешь?
Эна закивала согласно, вцепившись в Алекса, прижавшись к нему крепко-крепко. А про себя подумала, что как же она понимает эту незнакомую Викки! И Ника жалко, угораздило же.
Они побрели в сторону дома. Эна вдруг резко остановилась:
- А я ревную!
- Меня? К кому? - удивился Алекс.
- К той, на ком ты женишься, если я умру.
Алекс потрепал ее по кудряшкам:
- Чудо ты мое маленькое. Ревнивая глупышка. Давай не будем больше говорить, что было бы, если бы что-то случилось. В этом нет смысла. Проблемы решают по мере их поступления!
Утром Алекс осторожно растолкал Эну и зашептал:
- Вставай, соня. Тебе пора считать поголовье черепах. Наверняка бестолковые создания расплодились за ночь.
Эна протерла глаза и пожурила шутливо:
- Нельзя так неуважительно отзываться о почтеннейших рептилиях.
Прошептала мужу на ухо:
- Не обижай тут без меня Ника!
- Угу, - буркнул Алекс и заснул.
Вот так легко и быстро. Закрыл глаза и отключился. Как же не хотелось от него отрываться. Эна поцеловала его, спящего, и с сожалением вынырнула из-под простынки. Надо идти разрывать кладки, считать яйца, ставить знаки.
- Где здесь телефон? - спросил Ник за завтраком.
- У руководства. У Педро в комнате. Наши все сейчас в море, и он в том числе. К обеду вернутся. Впрочем, это местный телефон. Тебе международный нужен? Я покажу по дороге, откуда здесь можно позвонить.
Ник возражал, что ему подойдет местный, но Алекс уже тянул его на улицу, торопил, чертыхался на незаводящийся микроавтобус, ругал последними словами какого-то Педро.
- Ну как? - спросил Алекс Ника на обратном пути через пару-тройку часов. - Получил представление, с кем я тут играю?
- Да уж, - посочувствовал ему Ник.
- Поверишь, Эна - лучший партнер за последние полгода. Эна-то! - с кислой физиономией продолжал жаловаться Алекс.
Он открыл дверь, на кухне уже хлопотала Эна.
- Санни, поиграем вечером? - предложил Ник.
- Ну конечно, сейчас пообедаем, отдохнем и поедем. Я тебя детишкам представлю, заодно покажем им мастер-класс, - довольным голосом пообещал Алекс.
- Каким детишкам? - не сразу понял Ник.
- Местных тренирую. Взрослых я всех отменил ради твоего приезда. На фиг, на фиг. Устрою себе каникулы, в конце концов. Только от туриста, что с утра был, не получилось отбрыкнуться. А детям надо Игру показать, вдруг у кого-нибудь аппетит проснется, - засмеялся Алекс.
Ник согласно кивнул. Конечно, он был не против.
- Надеюсь, это у вас аппетит проснулся! - Эна поставила на стол дымящиеся тарелки супа.
Нику есть не хотелось, но не обижать же Эну!
- Вкусно. Это что за суп? - спросил он.
- Черепаховый, - невозмутимо ответил Алекс.
- Что? - Ник удивленно посмотрел на свою ложку.
- Не обращай внимания. Это Алекс оттачивает на тебе свои остроты, чтобы Педро донимать, - улыбнулась Эна.
- Как рыбу, так есть можно, а как черепашкой полакомиться, так нельзя, - продолжал развивать идею Алекс. - Где справедливость? Через пару лет начнет вымирать эта рыбка, так, может, сразу ее перестать есть, дать ей шанс?