Он поднял рваную красную перчатку.
— При побоище присутствовал демон, переодетый человеком. Он обыскал тела, пытаясь найти бог знает что. Но, будучи знатным лицом, он не захотел пачкать руки кровью жертв. Вот эта перчатка и осталась после него.
— Пранжье! — прошептал граф.
Отойдя от побоища, он осенил его крестным знамением.
— Завтра наши матросы похоронят убитых. На общей могиле будет установлен крест в память об ужасном преступлении.
Рулевой и граф некоторое время шли молча. Внезапно граф остановился.
— А «Дорус Бонте», господин Каплар! Где сейчас находится это судно?
Каплар развел руки неопределенным жестом:
— Меня это тоже интересует, господин граф. Скорее всего, они проникли глубже в одно из ответвлений фьорда.
Я знаю, что севернее Харри Инлет находится небольшой фьорд, имеющий прямой выход в океан. Есть шансы на то, что они укрылись именно там.
— Возможно, вы правы, господин Каплар. Но в этом случае, когда Стивенс осматривал окрестности из вороньего гнезда, он должен был увидеть мачты «Доруса», ведь место, о котором вы говорите, находится довольно близко от нас.
— Вы не учитываете, что утром еще не рассеялся туман, не позволявший хорошо видеть окружающую местность. Но взгляните на этот холм. Поднявшись на него, мы, надеюсь, сможем осмотреть окрестности. Тем более что туман почти рассеялся.
Склоны холма оказались довольно пологими, и через час они добрались до вершины.
Их взгляды одновременно оказались направленными на восток, и они дружно воскликнули:
— «Дорус»!
Действительно, это судно с аккуратно убранными парусами, спокойно и невинно отдыхало в тихих водах северного фьорда.
Глава X
Зеленый туман
Этим вечером на борту «Тонтон Пип» состоялся настоящий военный совет. Прежде всего, обсуждалась возможность контакта с «Дорус Бонте».
Первым высказался Пьер Каплар:
— Я хорошо представляю, что экипаж «Доруса» — это не детский хор воскресной школы. Все, что мы знаем о нем, свидетельствует, что это бандиты, настоящие убийцы. Что касается Холтемы, то я не вправе обвинять его.
Я всегда считал его опытным честным моряком, хотя и довольно скуповатым и даже немного жадным. Поэтому я не верю, что он участвовал в убийстве эскимосов. В то же время доктор Пранжье — это человек, не знающий угрызений совести и не останавливающийся перед любым препятствием, даже перед преступлением, когда он стремится к своей цели. Поэтому я считаю, что мы должны действовать крайне осторожно.
Было решено отправить на разведку нескольких человек. В разведывательный отряд вошли Ивон Тейрлинк, Эванс и Ригольбер.
Холодная ясная ночь с усеянным крупными звездами небом способствовала задуманной операции.
Разведчики двинулись на шлюпке вдоль берега, стараясь как можно ближе подойти к «Дорусу» и не оказаться при этом замеченными с судна.
Расстояние между двумя парусниками было не больше семи миль, и разведчики вполне могли вернуться этой же ночью, тем более что в это время года солнце вставало довольно поздно.
Этой ночью мало кто спал на борту «Тонтон Пип». Списсенс, граф и Каплар вообще не ложились спать. Капитан достал из сейфа десяток ружей системы Снайдера, несколько больших револьверов Лефоше и десяток хорошо наточенных кинжалов.
— Нам может понадобиться серьезное оружие, — сказал он.
Граф де Вестенроде нахмурился, но не стал возражать, хотя мысль о вооруженном столкновении ему явно не понравилась.
Когда далекие вершины осветило встающее солнце, разведчики вернулись.
— Что вам удалось выяснить? — спросил их Списсенс.
Увидев груду оружия, Тейрлинк покачал головой и сказал:
— Не думаю, что все это может нам пригодиться, капитан.
— Почему? Неужели громилы с «Доруса» превратились в ягнят благодаря какому-то волшебству?
— Волшебство не превратило их в ягнят, но я не сомневаюсь, что только благодаря волшебству они исчезли!
— Как исчезли? Что ты такое говоришь?
— Так оно и есть, капитан! «Дорус Бонте» опустел, словно старая раковина устрицы!
— Опустел? — недоверчиво воскликнул граф.