— Что ты сказал? — выдохнул Аполлон.
— Клиника называлась «Пояс прекрасной Афродиты», «Калипсо» название яхты, — ехидно улыбнулся следователь. — А что?
Аполлон схватился за голову.
— Конечно! «Пояс прекрасной Афродиты»! И как я раньше не догадался?!
— Что тебя так потрясло?
Поморщившись, Аполлон напомнил ему о записке, которую они нашли с Жанной на катере «Галатея».
— Припоминаю, — пробормотал Скрыпник. — Наверное, по той записке наши специалисты и отыскали эту клинику. Хочешь, я сейчас уточню?
— Да нет, не надо. А как к Косорукову нашли подход?
— У Косорукова ломка, он наркоман, поэтому колется по полной, а вот второй — доктор Лиднер — молчит как партизан. Вообразил себя гениальным врачевателем, но редкостный мерзавец, я тебе скажу. Вы, говорит, на коленях ко мне приползете, равных мне врачей в мире нет. Может, он, конечно, гений, но законченный преступник, ничем не брезговал.
— Я вот только одного не пойму, зачем такие сложности изобретать, на яхту везти? Какая-то извращенная глупость, — проговорил Аполлон. — Или концы в воду, и никто не мешает творить, чего хочешь?
Скрыпник хитро прищурился.
— И это тоже. Но еще Лиднер настаивал, что для работы ему нужны разные океаны и моря. Пациентов лечили специально приготовленными эмульсиями из только что выловленных даров моря. К тому же в морских глубинах есть бессмертные морские обитатели, и наш доктор придумал лекарства для увеличения продолжительности жизни и обновления организма, будто бы это возможно только на воде. Завлекали этим клиентов.
— И что, были положительные результаты? — удивленно присвистнул детектив.
— Не могу сказать, не знаю, — недовольно поморщился Скрыпник. — Мы его материалы наблюдений за больными специалистам-медикам отдали, пусть изучают.
— С паршивой овцы хоть шерсти клок, — с чувством выразился детектив.
— Не перебивай меня! — рассердился Скрыпник. — Так вот, люди в это поверили, думаю, ты понимаешь, что старики и больные сами обманываться рады. Продолжительность лечения назначалась от месяца до полугода. А стоил этот курс восстановления организма так дорого, что ты, услышав, со стула упадешь.
— И много было желающих?
— Не то слово!
— А почему такая таинственность? — не унимался Аполлон.
— Так преступной же деятельностью занимались, — хмыкнул Скрыпник.
— Это я понимаю, но как они свою скрытность клиентам объясняли?
— Очень просто, клиентам говорили, что слишком многие хотят лечиться уникальным методом Лиднера, а мест мало, всех желающих удовлетворить не могут, поэтому прием оформляют строго конфиденциально.
— А как же люди узнавали про них?
— В этом вся фишка! — воскликнул Скрыпник. — Каким-то образом они находили клиентов среди богатых людей и, надо сказать, в отдельных случаях одиноких, чтобы без последствий. К каждому клиенту — индивидуальный подход! — засмеялся он.
— То есть у них имелись свои люди — информаторы, которые подбирали клиентов? — уточнил Аполлон.
— Получается, так, — кивнул Скрыпник. — Вот на этих людей мы выйти не можем, но думаю, ниточка нас приведет в высшие слои общества.
— А что Аркушевская говорит? — вкрадчиво ввернул Аполлон.
— Пока молчит, — пожал плечами Скрыпник. — Я с ней не беседовал, вот приедет…
— Ну да, — скучным голосом произнес детектив. — Приедет, поговорим. А как с делом Родиона Проглядова, есть что-нибудь новенькое?
— Пока нет. Работаем.
За время их беседы в кабинет то и дело заглядывали сотрудники и, увидев, что начальник занят, разочарованные, исчезали. За спиной Аполлона снова заскрипела дверь, и в щель просунул нос молодой парень в клетчатой рубашке.
— Хоть бы петли смазали, — проворчал Скрыпник, с укором глядя на парня. — Неужели мне этим заниматься? — И озабоченно взглянул на часы. — Заболтались мы с тобой…
Аполлон заторопился.
— Я уже ухожу.
Глава 73. Долгожданное возвращение
Аполлон приехал в офис, что было редкостью в последнее время, так как он без конца где-то пропадал по делам. Жанна несказанно обрадовалась, увидев шефа.
— Давайте чайку попьем, я вам варенье клубничное купила.
— С удовольствием! — потер руки Полонский.
Они устроились на кухоньке.
За чаем Аполлон рассказал Жанне о Максиме Косорукове, который предпочитал именоваться Макс, и докторе Лиднере.
Девушка пришла в ужас.
— Бедная Ирэна, как она только это все вынесла?! Все-таки я рада, что обратилась к вам, если бы не вы, она там и погибла бы!