Проводив Вадика на работу, Марьяна решила провести ревизию гардероба. Перебирая наряды, она увлеклась и не сразу услышала телефонный звонок. Выбравшись из вороха платьев, она поспешила к телефону и очень удивилась, услышав голос Антона.
— Ты не очень занята? — донеслось из трубки.
— Нет, а что? — напряглась она.
— Соскучился, — засмеялся он. — Хотел заскочить к тебе, я тут случайно поблизости оказался…
Изумлению Марьяны не было границ. Надо же, соскучился! А она думала, конец их отношениям. Видимо, все же плохо она знает мужчин. Не раздумывая, Марьяна пригласила Антона. К черту этот гардероб, тем более без помощницы ей все равно не справиться, а домработницы нет, она на сегодня ее отпустила.
С букетом бордовых роз Антон через десять минут появился у нее на пороге.
Обняв Марьяну, он припал к ее губам долгим нежным поцелуем.
Высвободившись из его объятий, женщина радостно выдохнула:
— Неужели правда соскучился?
— Сама не видишь? — обиделся он.
— Вижу, — испуганно защебетала она. — Проходи, а я пока поставлю цветы в вазу.
Переобувшись в шлепанцы, Шпилька незаметно установил видеокамеру в прихожей, то же самое он сделал в гостиной. С чувством выполненного долга он вальяжно развалился на низком белом кожаном диване.
Появилась Марьяна, неся бутылку вина и бокалы. Поставив все на низкий столик, она опустилась рядом с Антоном на диван.
— Твои цветы я поставила в спальне, — волнующе засмеялась она.
Он разлил вино в бокалы и произнес:
— Выпьем за нас.
Пригубив вино, Марьяна пытливо уставилась на бывшего любовника.
— Скажи честно, зачем я тебе вдруг понадобилась?
На лице Антона проступило благородное негодование. Он оскорбленно засопел.
— Зачем может понадобиться любимая женщина?
— Помнится, в последний раз ты даже накричал на меня, — с сомнением покачала она головой. — И вдруг… цветы.
Антон виновато улыбнулся и прижал ее к себе.
— А ты бы что на моем месте сделала? Жил себе спокойно, а тут вдруг одно за другим. Сначала кто-то в твоей квартире убивает Крейкера, потом эти фотографии… Да ты еще мне без конца голову морочишь!
Слегка порозовев то ли от вина, то ли от смущения, Марьяна миролюбиво произнесла:
— Ну прости, прости меня, я не виновата, что в моей жизни все так сложилось.
— Родион-то хоть оставил тебя в покое?
Прильнувшая к его груди женщина встрепенулась.
— Я отобрала у него ключи и запретила ему сюда приходить.
Нежно перебирая ее волосы, Антон с сомнением проговорил:
— Вряд ли муженек тебя оставит в покое, тем более он Крейкера ищет, а ты сказала, что это он адвоката замочил, нестыковка получается.
Марьяна тяжело вздохнула.
— Да я вообще запуталась, ничего не понимаю, иногда мне кажется, что Родион Крейкера убил, а иногда, что он ни при чем.
— Ты хочешь сказать, что тогда в квартире был еще третий?
Голос Марьяны дрогнул.
— Не нравится мне соседка моя, Сосновская.
Шпилька хрипло рассмеялся:
— Ты хочешь сказать — эта тощая немочь саданула ножом здорового мужика? Да у нее силенок не хватит.
— Может, и костлявая, зато крепкая. Она знаешь, с какой яростью упражнениями с гирями занимается. Я видела ее в фитнес-клубе.
Антон не стал развивать тему о Сосновской, а вкрадчиво произнес:
— Помнишь, ты мне про фотомодельку говорила, про Аркушевскую? Ирэна, кажется, ее зовут?
Марьяна вздрогнула всем телом.
— Аркушевскую? Что-то я не помню, чтобы мы о ней говорили.
— Странно, — протянул Шпилька. — Сама у меня спрашивала, куда она делась.
— Я? — возмущенно и одновременно недоверчиво выдохнула Марьяна. — Глупости! Ты меня с кем-то перепутал.
Антон с обидой отодвинулся от нее.
— Ты, надеюсь, меня не за старуху Сосновскую принимаешь? Это у нее мальчики кровавые в глазах.
— Напрасно ты так, у Сосновской с головой все в порядке.
— В порядке? — разозлился Антон. — То-то ты жаловалась, что она тебе проходу не дает, ты даже подозревала, что это она тебе фотки под дверь подкинула.
Марьяна отпрянула от него и вскочила. Ее глаза метали молнии.
— Опять ты начинаешь?! Нет, это невозможно!
Шпилька решил сделать шаг навстречу и натянул на лицо благостно-виноватую улыбку.