Ее голос понизился до шепота. Все затаили дыхание. Она напоминала сжатую до предела пружину, которая вот-вот лопнет.
Она протянула открытку Холланду, и адвокат ее взял.
— Свидетель свободен, — произнес Бауэн-Лодж.
Но она развернулась к Пэтчу и снова начала обвинять его в том, что он втоптал доброе имя ее отца в грязь, ради того чтобы спасти свою шкуру. Она разузнала обстоятельства гибели «Белль-Айла». Теперь ей была известна правда, и Джейн была намерена позаботиться о том, чтобы она стала известна и суду. Бауэн-Лодж стучал по столу молоточком, Холланд стоял рядом, увещевая ее и убеждая остановиться. Но она не обращала на все это внимания, а Пэтч, побелев, как мел, в ужасе слушал, как она обвиняет его в пожарах, затоплении трюмов и, наконец, крушении судна ее отца.
— Вы чудовище, — рыдала она, когда ее силой уводили со свидетельской трибуны.
А затем она внезапно обмякла и, хотя все ее тело продолжало содрогаться в конвульсиях, позволила вывести себя из зала суда.
Все, кто остался в зале, начали неловко поеживаться и облегченно вздыхать. Никто не смотрел на Пэтча. Никто вообще никуда не смотрел, пока голос Бауэн-Лоджа не рассеял сковавшее зал напряжение.
— Приглашайте следующего свидетеля, — деловито произнес он.
— Дональд Мастерс!
Холланд уже стоял на своем месте.
Расследование начало входить в свою колею. Последовал ряд свидетелей, располагавших информацией о судне и его оборудовании и высказавших суждения относительно его возраста и состояния. Были зачитаны показания оценщика из Йокогамы и чиновника Ллойда, выдавшего пароходу свидетельство о грузовой марке. Заслушали также показания начальника доков из Рангуна, предоставившего информацию о «Торре-Аннунсьяте» и перераспределении ее груза.
Наконец Холланд произнес:
— Энджела Петри.
Зал суда, заполненный преимущественно мужчинами, слегка оживился. Миссис Петри взошла на кафедру.
Она объяснила, что в тысяча девятьсот сорок седьмом году мистер Деллимар, некий мистер Гринли и она сама основали торгово-транспортную компанию «Деллимар» как частную фирму закрытого типа. Это было исключительно торговое предприятие, специализировавшееся на импортно-экспортных операциях, в основном с Индией и Дальним Востоком. Позже мистер Гринли вышел из состава совета директоров и его место занял мистер Гундерсен, у которого был похожий бизнес в Сингапуре. Уставной капитал фирмы увеличился, а сфера ее интересов значительно расширилась. Она назвала цифры, приводя данные по памяти и демонстрируя сдержанную компетентность.
— Каково положение дел в компании сейчас? — спросил Холланд.
— Она находится в процессе сворачивания — добровольной ликвидации.
— Этот процесс начался еще до смерти мистера Деллимара?
— О да, это решение было принято несколько месяцев назад.
— Вы можете сообщить причину?
Она немного помялась, но все же ответила:
— Некоторые налоговые нюансы.
По залу пробежал смешок, и Холланд сел на свое место. Почти мгновенно подскочил адвокат Пэтча — худой высохший человечек с надтреснутым голосом.
— Уважаемый председатель, я хотел бы спросить у свидетеля, известно ли ей, что перед тем, как создать нынешнюю фирму, мистер Деллимар был замешан в мошенническом присвоении чужого имущества.
Бауэн-Лодж нахмурился.
— Я не считаю это замечание имеющим отношение к нашему расследованию, мистер Фентон, — кисло заметил он.
— Я хотела бы ответить на этот вопрос, — раздался звучный голос миссис Петри. — Он был оправдан, — несколько вызывающе произнесла она. — Это было злонамеренное и совершенно бездоказательное обвинение.
Фентон немного поспешно сел, а сэр Лайонел Фолсетт встал.
— Уважаемый председатель, я хотел бы узнать у свидетеля, приобретала ли компания в момент своего образования какие-либо суда.
Бауэн-Лодж предложил миссис Петри ответить на этот вопрос.
— Нет, мы не купили ни одного судна, — последовал ответ.
— У вас было недостаточно средств, верно? — уточнил сэр Лайонел. Она с ним согласилась, и он добавил: — Насколько я понял, это был довольно мелкий бизнес?