Уинтроу страстно хотел, чтобы все поскорей кончилось — так или иначе. Тогда он сумел бы наконец переговорить с ней. Какая еда, какой сон? Более всего Уинтроу жаждал новостей из дому.
Он зажег последнюю свечку и вернулся на место. И Кеннит, к немалому изумлению юноши, отечески похлопал его по плечу.
— Устал, сынок? Ну, мы почитай что закончили. Осталось обсудить сущую малость: собственно выкуп. Кое-кто предпочитает исключительно монеты, но я не настолько разборчив. Мне сгодятся и драгоценные камни, и жемчуга, и меха, и стенные шпалеры, и даже…
— Это превосходит все пределы!
Сатрап, невзирая на смертельную усталость, снова вскочил, хоть и не так резво, как прежде. Губы у него побелели, сжатые кулаки дрожали от ярости. Уинтроу успел замереть от ужаса: ему показалось, что сейчас самодержец разразится злыми слезами. Малта приготовилась поддержать Касго под руку. Она наградила Кеннита испепеляющим взглядом. Впрочем, когда она заговорила, ее голос оставался невозмутимым.
— Государь мой сатрап, — сказала она, — если подумать, в этом усматривается некая правда. Люди, как правило, не ценят того, что достается бесплатно. Вот и твои вельможи станут еще больше чтить тебя, если им придется заплатить за твое возвращение. Подумай об этом! К тому же таким способом ты с легкостью установишь, кто тебе воистину верен, а кто — лишь на словах. Первых ты по достоинству вознаградишь, вторые же в полной мере изведают твой царственный гнев! Ну а король Кеннит — ведь он, в сущности, как был пиратом, так им и остался. — И она скупо улыбнулась Кенниту, дабы убедиться, что колючка попала в цель. — Твои собственные придворные не поверили бы в подлинность вашего договора, вздумай король Кеннит ограничиться лишь выгодами для своего народа и отказаться от доли малой в свой личный карман!
Ее речь, впрочем, произвела жалкое впечатление. Она ведь и сама видела, что у сатрапа уже нет сил противостоять Кенниту. Она стремилась хоть как-то оградить гордость мальчишки. Сатрап открыл рот и закрыл. Зло посмотрел на Малту. Потом почти прошипел:
— Да уж, именно так дело и обстоит. Не то чтобы ты пыталась любой ценой вызволить папеньку, а? — И повернулся к Кенниту, чтобы горько и резко осведомиться: — Сколько?
— Паруса!!! — заорали снаружи.
Все повернулись на этот крик впередсмотрящего, но на лице Кеннита отразилось лишь раздражение.
— Позаботишься обо всем там, Соркор? — проговорил он лениво. И вновь поглядел на сатрапа — большой черный кот, играющий с пойманной мышкой. Однако Соркор еще не успел дойти до двери, как снаружи послышался топот множества бегущих ног. Йола не постучал в дверь — он принялся в нее попросту колошматить.
Соркор рывком отворил.
— Корабли, кэп, джамелийские корабли! — задыхаясь вывалил Йола. — Цельный флот валит с юга прямо на нас! Впередсмотрящий говорит, на палубах сплошь всякие боевые машины. — Отдышался и добавил: — Надо на якорь вставать, тогда, может, и увернемся.
Взгляд сатрапа разгорелся надеждой.
— Вот теперь поглядим! — провозгласил он во всеуслышание,
— Именно поглядим, — легко согласился Кеннит. И с упреком поглядел на старпома: — Йола, Йола! Ну вот скажи, чего ради нам уворачиваться и бежать, когда судьба дала мне все преимущества? Мы в своих родных водах, нас окружают наши верные змеи, и к тому же его величество сатрап собственной персоной у нас в гостях. Нет, нам не удирать должно, а, наоборот, слегка силу продемонстрировать! — И вновь повернулся к сатрапу: — Думается, твои флотоводцы скорее уважат наше с тобой соглашение, если для начала их осчастливят своим вниманием несколько морских змей. Тогда и посмотрим, сколь успешно они будут вести переговоры о твоем освобождении. — Он хищно улыбнулся сатрапу и пододвинул ему составленный Уинтроу документ. — Рад завершить наши с тобой труды, государь. Прошу, поставь свою подпись. Потом и я подпишусь. И тогда, если они вздумают нападать, поглядим, насколько они уважают волю сатрапа. Равно как и его жизнь. — И он улыбнулся Соркору: — Думается, среди нашей добычи сыщется несколько флагов Джамелии. И поскольку нашим гостем является государь Джамелийский сатрап, я считаю, мы просто обязаны их поднять!
И Кеннит встал из-за стола, превращаясь из хитрого торговца и политика в морского капитана.
— Хватит дергаться, Йола! — резко пристыдил он старпома. — Ступай проследи, чтобы рядом с нашим флагом был поднят сатрапский, но люди пускай готовятся к бою. Соркор, Рыжик! Вам, полагаю, лучше отправиться на свои корабли и заняться тем же. Мне же нужно посоветоваться с моим судном и моими змеями. Так что… Ах да. Наши гости! Уинтроу, проследишь, чтобы они уютно и безопасно устроились в каюте у Альтии, добро? Они с Йек присоединятся к ним, когда кончится эта маленькая заварушка.
Он не упомянул вслух о том, что гостей следовало засадить под замок, И Уинтроу решил непременно этим воспользоваться. Гори все синим огнем, но минутку наедине с сестрой он таки улучит!
ГЛАВА 32
УЛЬТИМАТУМ
АЛЬТИЯ все никак не хотела уходить с носовой палубы. Она, естественно, видела надвигавшиеся паруса, и страх за Проказницу мешался в ее душе с надеждой увидеть Кеннита побежденным. Уинтроу так и этак упрашивал ее спуститься в каюту, но она пропускала его просьбы мимо ушей, пока сама Проказница не повернулась к ней.
— Альтия, прошу тебя, поди вниз, — негромко проговорило носовое изваяние. — Может, сейчас мне подвернется случай все-таки уломать Кеннита, вынудить его пойти на сделку. Мне просто легче будет сделать это без тебя!
Альтия мрачно нахмурилась при этих словах, но все-таки двинулась прочь, и Йек, как всегда, — за ней по пятам.
Уинтроу еще забежал на камбуз, чтобы подхватить там большой поднос и уставить его яствами и напитками, какие подвернулись под руку. Когда он достиг каюты, Альтия и Малта уже смотрели одна на другую, сидя у противоположных стен. Что до сатрапа, то он уже расположился на койке и созерцал стену. Йек угрюмо затаилась в уголке. Малта же была вне себя.
— Убейте, не пойму, с какой стати вам всем или кому-то из вас быть на его стороне! — возмущалась она. — Разве это не он захватил наш живой корабль, перебил всю команду и держит моего папу в плену?