Вренна скривила губы и запустила в рот лист салата.
Вскоре к нам подошел Игорь — успел прикупить брутальный кожаный плащ, а на горбатый нос нацепил зеркально-черные очки — и объявил, что мы отправляемся через час.
— Куда отправляемся?! — взорвалась Вренна.
Я посмеялся и сказал Игорю, что мы придем на стоянку вовремя. Там нас должны были ждать два внедорожника, профессиональный пиротехник — некто Робин (интересно, это имя или фамилия?) — и приличный запас динамита.
Так и случилось.
Мы вошли на стоянку через скрипучую калитку, и дряхлый сторож проводил нас внимательным взглядом. Солнце клонилось к горизонту, и в его оранжевых лучах металл автомобилей ослеплял. Нас встретили наши соучастники и представили нам подрывателя: рыжий фрик с разноцветными глазами. Вренна в очередной раз сорвалась по поводу неизвестности, и какого-то черта Зимин сжалился и решил ей всё рассказать, да еще и укоризненно покачал головой в мою сторону. Тоже мне, добродетель.
— Понимаешь, — начал он после причитаний, какая я сволочь, — мы хотим навсегда избавить мир от кораблистов. Чтобы не было больше убийств…
Да ладно? Прям-таки чтоб не было убийств, ага. Бизнес не при чём.
— …убийств, и сейчас самое время, потому что Вентедели, то есть…
Вренна сверкнула холодным высокомерием, и Зимин будто уменьшился в росте.
— Но ведь ты сама будешь рада окончательно освободиться!.. — конец фразы прозвучал совсем уж неуверенно.
— Ха! Может и так, только это мое дело! Что здесь происходит?! Решили начать войну?!
Маленькая девочка посреди огромной уличной стоянки, где даже земля пропахла бензином, кричит на семерых крупных мужчин, а поднявшийся между тем ветер чуть не сдувает ее с ног. Мужчины опешили и хмурятся. А я ловлю странное удовольствие, ощущая ее беззащитность, созерцая, как черные пряди бьют ее по лицу и как она расставляет тонкие ножки, чтобы крепче стоять на земле…
— Мы просто подорвем замок, — вкрадчиво улыбнулся Робин. — Никакой войны, никакого сопротивления…
— В том и… — попытался начать Игорь.
— Идиоты! — рявкнула моя сестренка. — Вы правда считаете, что так вот просто сумеете их всех убить?! Да вы подойти к Замку не сможете!
— Мы подъедем!
— Боже, конечно, это же вы изобрели машины! До вас никто не!..
— Замолчи, Вренна, — как можно бесстрастней приказал я, но только перевел удар на себя:
— А ты?! Почему ты согласился?! Почему ты ничего не объяснил им?!
— Заткнись! — рыкнул я, и она сжалась, испепеляя меня взглядом. Затем размеренно заговорил: — Во-первых, Вренна, для того мы с тобой здесь и нужны — чтобы проводить подрывателей до Замка и защитить их там.
Она молчала, и я поневоле признал, что на душе от этого стало гораздо легче. Ведь я боялся услышать что-то вроде «У меня больше нет над ними власти».
— Во-вторых, Вренна, ты, кажется, забыла историю. В этом Замке — остов главного корабля, коллективный разум кораблистов.
— Это всё версии, — буркнула она.
— Ну так испытаем одну из них! — воскликнул Зимин. Кажется, мальчишка принял чего-то для храбрости — слишком уж много эмоций и энтузиазма.
— Джек, — тихо позвала Вренна: голос слился с ветром, а в глазах светилась жутковатая серьезность и сдержанный, холодный страх. — Джек, что ты задумал? Это окончательно освободит кораблистов. Год назад на том злополучном маскараде идиот, расстрелявший триста кораблистов, наверное, тоже думал, что спасает мир. А в итоге…
— В итоге — так или иначе — мы свободны! Разве не об этом ты мечтала всю жизнь? — вырвалось у меня.
Однажды этот разговор должен был случиться, вот только людям Сказочника слушать его не нужно.
— Мечтала?!.. — она хотела поспорить, но я был прав. — Но… Может, я и мечтала, но этот мир — совсем не то, что я думала! Я никогда прежде в нём не была — откуда мне было знать? Я ошибалась! Да и…
— Постой, то есть ты жалеешь, что узнала этот мир? Жалеешь, что «проклятье» — как ты звала это! — спало? Хотела бы вернуть всё, как было? — на одном духу спросил я.
Вренна открыла было рот, чтобы ответить, но я говорил подозрительно быстро, и она настороженно прищурилась и бросила:
— Потом обсудим.
— Да.
Игорь, сидящий за рулем одного из внедорожников, нажал на сигнал, и неприятный звук разнесся по пустынной стоянке.
— Садитесь уже, — раздраженно проворчал он. — Предложения по корректировке плана действий не рассматриваются.
Робин потер свои бронзовые пиротехнические ручки и запрыгнул на переднее сиденье. Зимин с видом благородного разбойника взял на себя управление второго внедорожника. Мы забрались к нему в машину, к Игорю уселись двое оставшихся.