Я понял, кто этот улыбчивый мужчина – знаменитый Энвер Хо́джа, вождь албанских коммунистов. Значит, они еще при Сталине активно продвигали свою «иллирийскую теорию»! И «пеласгийскую», оказывается, тоже! Что характерно: доказательств обеих теорий с тех пор имеется ровно столько же, сколько в словах Ходжи, человека с неоконченным высшим образованием, но об «иллирийской» теперь на Западе размышляют, как о чем-то вполне допустимом. А вот праславянская теория происхождения венетов и этрусков, хоть и разработана куда более основательно и подкреплена лингвистическими исследованиями, сходу отвергается как «ненаучная». Всё это я отметил чисто автоматически, по привычке, не вспомнив о том, где я нахожусь и что люди, которых я вижу, давно лежат в могиле.
– У нас на Кавказе, в Азербайджане, имеется местность, которая называется Албания, – сказал Сталин. – Имеет ли это отношение к вашей Албании?
– Я этого не знаю, товарищ Сталин. Но это факт, что многие албанцы в течение веков, вследствие жестокого оттоманского ига, войн и походов османских султанов и падишахов, часто были вынуждены покинуть свои родные края и переселиться на чужбину, образуя целые деревни – в Южной Италии, Греции, Турции, Румынии, Болгарии, Америке. Однако о вашей местности, которая называется «Албания», ничего конкретного не знаю.
– Сейчас выясним.
Сталин нажал кнопку в столешнице, и в зал вошел высокий подтянутый генерал.
– Мы с товарищем Энвером Ходжа бьемся решить задачу, но не можем ее решить, – улыбаясь, обратился Сталин к генералу. – Свяжись, пожалуйста, с профессором Державиным и спроси его от меня, имеется ли какая-нибудь связь между кавказскими албанцами и Албанией.
– Слушаюсь, товарищ Сталин. – Не выказав никакого удивления поручению, генерал щелкнул каблуками и бесшумно удалился.
Сталин, между тем, взял из вазы апельсин, высоко поднял его и сказал Ходже:
– По-русски называется – «апельсин». А по-албански?
– Портокал, – сразу, не дожидаясь перевода, ответил Ходжа.
Сталин засмеялся. Желтые глаза его стали хитрыми.
– И по-грузински, товарищ Ходжа – «портокал»! Точнее, «портокали»! – Он был явно доволен собой, что так угадал с апельсином. – Анастас Иванович, – повернулся Сталин к Микояну, – ты знаешь азербайджанский. Как у них называют апельсин?
Микоян поднял свой длинный нос от тарелки.
– Портагал. А турки – портакал.
Тут удивился уже Сталин:
– У всех – «портокал»?! Еще три народа называют так апельсин, и все они живут на Кавказе! Это что – турецкое влияние или и впрямь близость языков? А как, товарищ Ходжа, по-албански звучит «народ»?
– Ньерёзит.
– А «человек»?
– Персонин.
– Чем-то итальянским отдает, – заметил Сталин.
– Еще у нас говорят: «ньё ньери».
– А как «хлеб»?
– Бука.
– Почти что булка. А «жена»?
– Груа.
– А «муж»?
– Бурри.
Микоян пошевелил щеточкой чаплинских усов:
– По-азербайджански «муж» будет – «бир-эр».
– Похоже, – кивнул Сталин. – А «земля»? – продолжал допытываться он.
– Токэ.
– А у нас говорят «ток» про место, куда свозят скирды жита, а потом обмолачивают, – заявил седой, с коротко подстриженными висками Ворошилов.
– Тоже ведь земля, – согласился вождь. – А «дар»?
– Пешкеш.
– Нет, – покачал головой Сталин. – Нет! «Пешкеш» – это не по-албански, а по-турецки! – Он снова засмеялся, широко раздвинув улыбкой усы. – Кажется, товарищ Энвер, всё же не исключена связь между кавказскими албанцами и вами! Но вот какая – вопрос!
Тут снова вошел генерал, отправленный звонить профессору Державину.
– Разрешите доложить, товарищ Сталин? Я получил ответ от профессора. Он сказал, что нет каких-либо данных, которые говорили бы о связях между кавказскими албанцами и Албанией. Но, добавил он, на Украине, в Одесской области, имеется несколько деревень, около семи, заселенных албанцами. Об этом у профессора точные данные.
Для Ходжи, только что благополучно отделавшегося от неведомых и совершенно ненужных ему азербайджанских сородичей, обнаружение новых земляков на Одесчине явно стало неожиданностью. Поначалу он, видимо, не знал, что сказать по этому поводу, а потом нашелся:
– Здесь присутствует наш посол, и я, товарищи, не откладывая, поручаю ему позаботиться о том, чтобы те из наших студентов, которые учатся в Советском Союзе на историков, проводили практику в этих деревнях и изучили, как и когда эти албанцы переехали в Одессу, сохраняют ли они язык и обычаи своих предков, и так далее.