Тетки сзади трещали без умолку и крестились на свой папёжный лад. Лысый мужчина у окна по соседству ругался итальянским матом, судя по выражениям типа «порко мадонна».
– Господи, добраться бы до гостиницы живыми! – прошептала Лилу, вцепившись в мою руку.
– А что нас ждет в гостинице? – безрадостно отозвался я.
От причала к вокзалу Санта-Лючия мы шли, как по минному полю, отовсюду ожидая подвоха. В госпитале нам сказали, что добраться до улицы Паганелло мы можем, доехав на электричке до станции Порто-Маргера, а там рукой подать. Платформу электрички мы нашли довольно легко, благодаря табло и удобному, широкому выходу к перронам. Однако заминка вышла с автоматом для покупки билетов, который принимал только карты или железные деньги, – ни того, ни другого у нас не было. Кассы, между тем, уже не работали. Чтобы взять такси, следовало топать через арочный мост Конституции на Площадь Рима. Тут я вспомнил, что ланча сегодня мы так и не отведали, и пошел купил нам по куску пиццы, заодно и деньги поменял. Но возникла новая проблема: выяснилось, не каждая электричка останавливается в этом Порто-Маргера, а мы не могли понять, какие именно станции перечислены в расписании поездов – с остановкой или без. Нам помог разобраться проходивший мимо и услышавший русскую речь стеклодув из Мурано Эмилио, – так он представился, причем на вполне сносном русском языке. Оказалось, некогда у него была русская жена, а сам он десять лет прожил в Красноярске. Добрый Эмилио даже добавил нам какую-то мелочь, когда выяснилось, что наменянных железных денег всё же на два билета не хватает. На Лилу стеклодув, крупный блондин «лангобардского» типа, с голубыми глазами, тоже посматривал не без интереса, как и все мужики здесь, но она была настолько подавлена, что даже не прямила плечиков, по своему обыкновению.
– Глоток виски, земляк? – я протянул ему пакет с «Баллантайнсом», который без толку таскал весь день, пока мы с Глазовой не приложились к нему после очередной встречи с левиафаном.
– Ну, если только капельку. – Сибиряк принял пакет и, не вынимая бутылки из него, по правилам местной конспирации, мощно заглотнул «капельку».
– Сразу видно, наш человек, – сказал я.
Эмилио захохотал, вытирая бороду.
– Вы здесь таких «наших», знаете, сколько найдете? Мы пьющий народ. Эх, попил я недавно рому на Кубе!