– Когда нас уже собрались везти в гостиницу, вдруг шагом бизнесвумен быстро входит эта Глазова, отводит меня в сторону и говорит, что произошла досадная накладка с моим номером в «Аквариуме», он уже занят, и она лично отвезет меня в другую гостиницу. Спросила, где мои вещи, сама взяла их и потащила, не оглядываясь, к выходу! Мне ничего не оставалось, как только догонять ее. Нет, ты понял? И вместо комфортабельного номера я получаю обыкновенную комнату в гостинице при студенческом общежитии! Я просто растерялась! А Ольга эта как ни в чем не бывало говорит: «Вам повезло, вы живете рядом с университетом!»
Я живо представил себе всё это и едва сдерживал смех. Молодец, Лилу! Мертвая хватка, – то, что надо в такой ситуации.
– А может, и вправду повезло? А то моталась бы туда-сюда…
– Да я бы помоталась несколько раз! Особенно, когда возят на автобусе! За все годы жизни с тобой я ни разу не жила в пятизвездочном отеле! В кои-то веки повезло, да не тут-то было! Кстати, а откуда тебе известно, что из «Аквариума» надо мотаться?
– Я тебе уже говорил, что кое-что знаю про этот отель. И очень рад, что ты не попала туда. Но я так и не понял: почему из всего случившегося ты сделала странный вывод, что у нас с Ольгой Витальевной что-то было?
– Ну, только дурочку из меня не делайте! Сначала ты мне говоришь, что нельзя жить в «Аквариуме», а потом появляется Глазова и перевозит меня в другую гостиницу! Лишь она единственная смолчала, прикинувшись занятой, когда я стала спрашивать у всех, не исчезали ли в Южноморске участники конференции этрускологов. Остальные удивились и сказали, что никакой такой конференции у них не было, а гостила научная делегация итальянских этрускологов, никуда не исчезавшая. Дальше – больше. В гостинице Ольга Витальевна вдруг стала любезной и ласковой и заявила, что для меня разработана руководством индивидуальная культурная программа, и она будет моим личным экскурсоводом. Ни много ни мало! Отчего бы это? А ведь поначалу она казалась такой неприступной, – даже после того, как спросила про тебя. А теперь – личный экскурсовод! И вот я сижу, жду, когда она посадит кого-то вместо себя в приемной и заедет за мной гостиницу, чтобы повезти смотреть какое-то древнее городище и местный кафедральный собор. И зачем-то собирается знакомить с отцом Константином из этого собора. Говорит, что это очень важно.
Безукоризненная работа! Господи, прости меня за всё дурное, что я думал о Лилу!
– Не понимаю, что тебя здесь смущает. Другая бы радовалась такому вниманию…
– Боря… – Она вдруг замолчала, видимо, подыскивая слова. – Боря, это очень дурно, если она и впрямь твоя любовница и теперь… лично взялась опекать меня. Мне совсем неохота радоваться такому вниманию.
– Аня, послушай меня. Если я беспокоюсь о тебе, значит, именно ты мой любимый человек, а не какая-то любовница. Наличие любовницы обычно скрывают, а не подсылают ее к жене. Пусть я не знаком лично с Ольгой Витальевной, но волей случая наслышан о ней. Она хороший человек и единственная в университете, кто знает кое-что из того, что я тебе говорил об Южноморске. Думаешь, она просто так смолчала об этрускологах? Даже мне известна дурная слава об этом «Аквариуме» и некоторых сторонах жизни в Южноморске, но местные все молчат, словно воды в рот набрали. Им невыгодно говорить правду, бросать тень на конференцию и начальство. Ты можешь положиться только на Ольгу Витальевну и отца Константина. Делай так, как они тебе советуют, и даст Бог, ничего плохого с тобой в Южноморске не случится.
– Боря, ты меня пугаешь! Почему ты говоришь загадками? При чем здесь отец Константин из местной церкви?
– Милая, он тебе сам всё объяснит. Не случайно же Ольга Викторовна хочет познакомить тебя с ним. Ты слышала, чтобы любовницы знакомили жен своих любовников со священниками? Зачем? Логичнее, наверное, наоборот, – когда жены водят любовниц каяться. Кстати, спроси у Ольги Витальевны ее мнение о Дмитрии Евстигнеевиче Колюбакине. Он ведь раньше работал в Южноморском университете.
Аня растерялась:
– О… Колюбакине? Откуда ты… Тебе, что, Леночка звонила?
– Я ей звонил. – И прибавил для пущей достоверности: – Из прежних разговоров о нем я не понял, о ком именно идет речь. А это дешевый мистик и марихуановый наркоман. Спроси, спроси у Глазовой, чего ей врать? Ты же советовала Лене узнать о Колюбакине поподробней! А как она узнает – сама, что ли, спросит? А он ей всё как на духу расскажет? Наивно, тебе не кажется?
– Боря… – Она задыхалась. – Я не понимаю, что происходит. Объясни мне, пожалуйста, всё с самого начала!
– Анечка, я за рулем, а впереди оживленный перекресток. Не могу больше говорить. Езжай спокойно с Ольгой Витальевной на экскурсию. Есть такие вещи, что по телефону не расскажешь. Жду твоего возвращения, и помни, что люблю я только тебя.