– Тебе не вредно прогуляться. – Илья спустился на ступеньку и, понизив голос, добавил: – И потом, мне не дает покоя тот каталог с выставки кукол. Она ведь проходила здесь, насколько я помню?
Девушка невольно вздрогнула. Упоминание о каталоге разом вызвало в ее памяти залитое кровью лицо убитого вора. Она сама не ожидала, что запомнит эти непримечательные черты, напрочь лишенные индивидуальности.
– Думаешь, есть какая-то связь с этим местом? – Маша настороженно огляделась. – Но это же было год назад.
– И год назад твоя мама арендовала ячейку в банке, – напомнил он.
– Но, Илья… Мама не была на этой выставке. Она как раз лежала в больнице. Я это очень хорошо помню, потому что сама не смогла сюда приехать.
– Но кто-то все-таки на этой выставке был, раз появился каталог! – резко возразил Илья, отводя ее за локоть в сторону, чтобы освободить лестницу – они перекрывали дорогу посетителям, направляющимся в выставочные залы. – Кто его здесь взял? Только не тот тип.
– На выставку ездил Андрей, – нахмурилась девушка. – Я его послала, вроде как своего заместителя, а потом он должен был забрать кукол и привезти их домой. Но вышло все не так удачно – мало, что я всего второе место заняла, так еще и кукол пришлось отдать на благотворительный аукцион. Нет, я за благотворительность, это было в пользу детей, просто разом пропала вся работа за полтора года… Нас об этом даже не предупреждали…. Хотя я бы все равно согласилась участвовать.
– Все-таки, наверное, я сильно устаю, – внезапно пробормотал Илья, слушавший ее очень внимательно, с прикрытыми глазами. – Надо больше спать, а то память начинает сдавать. Идем, выпьем кофе?
Маша не успела ответить – кто-то, подойдя сзади, положил ей руки на плечи. От неожиданности она вскрикнула, а обернувшись, шумно выдохнула:
– Анастасия Юрьевна!
– Машенька, милая, извини! – Сухонькая пожилая женщина поправила огромные очки, из-за стекол которых на девушку смотрели выцветшие водянисто-голубые глаза. – Напугалась? Кого ожидала увидеть?
«Амелькина!» – подумала девушка и с улыбкой повернулась к Илье:
– Познакомься, это мой добрый ангел, Анастасия Юрьевна, здешний художник-оформитель. Сколь– ко она выставок сделала – я тебе даже сказать не смогу.
– Я сама не смогу! – Женщина протянула Илье руку, которую тот, подавшись вперед, учтиво пожал. – А вы к нам в гости? Очень вовремя, есть интереснейшие экспонаты, например, коллекция тульских самоваров…
– Самовары обязательно осмотрим. – Илья взглянул на часы. – Время, к счастью, есть. А пока, Анастасия Юрьевна, не откажитесь выпить с нами чашечку кофе?
Маша отметила, что он вдруг заговорил как-то мягче, явно приноравливаясь к манерам новой знакомой. Он даже чуть-чуть ссутулился, чтобы казаться ниже ростом, и девушка с изумлением увидела, что Илья начал близоруко щурить глаза, чего за ним раньше не наблюдалось. Это мгновенное перевоплощение поразило ее так, что она даже не сразу услышала обращенный к ней вопрос.
– Что? Что? – переспросила она, когда до нее дошел смысл. К тому моменту все трое уже усаживались за столик в кафе. – Не уезжала ли я куда-нибудь? Нет, к сожалению, Анастасия Юрьевна. Хорошо бы было… Но нет.
– Совсем у нас не появлялась. – Старая знакомая, всегда относившаяся к девушке с симпатией, ласково потрепала ее по плечу. – Я даже хотела тебе позвонить, но твоего телефона найти не смогла. Прошло несколько интересных выставок… И куклы у нас тоже выставлялись, но тебя не было, вот и я подумала, что ты уехала за границу.
– Я была в Москве, ухаживала за мамой, – отрывисто ответила Маша. – Она умерла недавно.
– Бедная девочка! – Анастасия Юрьевна сжала ее руки своими хрупкими, но сильными пальцами, украшенными массивными кольцами с самоцветами, до которых она была большая любительница. – Да, ведь она болела, знаю… Ты изменилась, будто выросла. Горе меняет. Но ты работаешь по-прежнему?
– Конечно. – Маша взглянула на Илью, отошедшего к стойке бара, и в порыве откровенности добавила: – И скоро выхожу замуж.
– Я так рада, безумно рада за тебя! – воскликнула женщина, всплеснув руками. – Это он? Очень эффектный, очень интересный мужчина! Что-то даже демоническое… Он не актер?
– В каком-то роде. – Маша невольно улыбнулась. – Частный сыщик.
– Боже мой, но это лучше, в сто раз лучше! – восхитилась та. – Актеры, между нами, вообще не совсем мужчины. Ты мне поверь, я сама два раза была замужем за актерами. Ну, за тебя я теперь буду спокойна! А что твой брат? Я его тоже целый год не видела, раньше бывал часто… Чем занят?
– Женится вот-вот, – фыркнула Маша уже без прежней горечи.