Ши Вон продолжал уверенно отвечать на мою просьбу, тем самым хоть немного успокоив меня и буйство моей нервной системы. Не ответь он так, как это сделал, вылетел бы прочь за три секунды. Одно дело, когда я действительно была нанята на эту роль, и он бы не трогал меня, а другое дело, когда я начинаю медленно вспоминать, что мы по пьяни — а он тоже не трезвый шибко был — вытворяли, когда у нас первая брачная ночь была, блин.
— Продолжай! — тихо, но уже мягче скомандовала, на что Пончик нахмурился и выдал:
— Ты всегда такая… грубая?
— Какая есть, дражайший супруг. Других тут не наблюдается, — ехидно ухмыльнулась, но нам сейчас явно не до веселья было.
— Ши Вон, если то, что мне рассказала сестра Аран это правда…
— Правда… — тихо ответил Пончик.
Я в шоке приподнялась, прикрывшись покрывалом, а по мне такая волна злости поднялась, что мне захотелось кого-то хорошенько поколотить.
"Он знал, что ли?"
— Ты знал, и ничего не сделал?
— Я искал их… И… — Ши Вон скривился, а потом продолжил, — Но было поздно. Чжон Вон поверил в байку Хальмони о том, что Аран украла деньги из сейфа и сбежала. Это разбило его… Он…
— Именно потому идиот решил жениться на этом подобии женщины, — перебила Пончика, и бросила голову в ладони.
"Бардак… В этой семье бардак из денег, роскоши, высокомерия и ещё кучи всего, чего я не знаю…"
— Ши Вон, бл***! Объясни мне что происходит наконец ВНЯТНО! Так чтобы я, идиотка, поняла, в какой заднице очутилась по твоей милости. Эта девушка села ко мне в тачку и заявила, что её сестра при смерти, а ребенку не с кем жить и ему нужен отец! Она сказала, что Чжон Вон притащил её сестру в ваш дворец в качестве посудомойки беременную и босую! А потом её просто вышвырнули из страны! И ты знал!!!
— Мармеладка… — он явно испугался и не понимал что со мной делать в таком состоянии.
— Даже не заикайся, а отвечай по-существу, Пончик! Какого хера эта девка чуть до слез меня не довела и что нам с этим теперь делать?! — я так рыкнула, что Ши Вон вздрогнул, а я в шоке наблюдала, как он расплылся в счастливой, дебильной, ухмылке и прошептал:
— Значит, я не ошибся…
— Ты чего улыбаешься? — меня это разозлило ещё больше, но Пончик вообще стал ещё и губу закусывать при этом.
— Ты утратил связь с мозгом? Включи, пожалуйста, свой процессор и ответь на вопросы, Ши Вон, иначе я тебя сейчас колотить начну! И больно будет везде!
На мои угрозы он лишь умолк и кивнул головой, со словами:
— Не надо бить, я ещё от предыдущих побоев не отошёл, — тихо ответил Ши Вон, а я его перебила.
— Рассказывай! Кто такая эта Аран, и как она вообще связана с твоим братом?!
— Она и правда его девушка, и она действительно мать моего племянника.
— Нашего… — резко осекла, и сложила руки на груди ещё дальше отодвинувшись от Пончика, потому что чем больше я злилась, тем больше мне хотелось продолжения банкета.
— Нашего, — утвердительно повторил Ши Вон и сглотнул, — Нашего, но только успокойся!
— Я спокойна.
— Не очень.
— Проверишь?
— Честно?
— Да! — холодно отрезаю, и офигеваю от ответа.
— Боюсь… Ты начинаешь меня пугать, Мармеладка. Поэтому мне придется вскоре прибегнуть к твоему перевоспитанию. Девушка должна быть нежной, а моя жена…
— Оторвёт тебе всё что не так болтается, если ты не прекратишь "валять Ваньку"!
— До сих пор не могу понять, как можно валять человека. Ну дурака валять, да. У нас так говорят. Но чем вам ваш Ваня не угодил?
Мы посмотрели друг другу в глаза и видимо одновременно поняли, что разговора сегодня точно не будет, потому что Ши Вон резко подался вперёд и притянул меня к себе, целуя.
Мягкие движения его губ становились всё настойчивее, а обоюдное дыхание всё глубже. Слегка прохладные ладони усадили верхом, и мне стало снова плевать на весь мир вокруг, потому что я чувствовала и слышала снова тот бешенный стук в его груди. Мягкими движениями рук, меня приручали к себе и я понимала, что вот так действительно стану послушной. Если меня будут любить и дальше так ласково и нежно, мне придется заткнуться и полюбить в ответ.
Рваный вдох вырвался из горла, когда мы снова стали одним целым, а волна приятной истомы напомнила всё тело. Плавно и медленно ласка стала тлеть и разгораться, как огонь между нами. Неспешно, сладко и бережно, огонь только набирал свою силу, пока первый отголосок удовольствия не заставил меня вздрогнуть, и Пончик не прижал меня теснее к себе, мягко, но уверенно направляя мои движения.