— Нет… — честно ответил Ши Вон и поправил мои волосы у лица, — Я боюсь за тебя… — вдруг прошептал он, смотря на то, что делает.
Плавно огибал пальцем моё лицо и поправлял прядь за ухо.
— Вы действительно не понимаете, что из этого есть очень простой выход — сказать всем правду.
— Ты не понимаешь, как живёт наше общество, милая, — покачал головой Пончик, и грустно улыбнулся, — Узнай все, что у моего брата есть внебрачный ребенок, Аран сразу припишут роль любовницы, разрушившей семью. Для общества наша жизнь, как дорама по ТВ, с той разницей, что для нас это реальная жизнь.
— Тогда давай дадим им этот сериал, — я обняла Пончика крепче, и наконец, увидела в его глазах тень согласия с моими словами.
— Но тогда, мне придется играть…
— Играть роль, Ши Вон. Как в случае с Всадником. Но только так, мы избавимся от бардака вокруг. Какие бы ни были цели в жизни у Чжона, он должен знать, что у него есть ребенок, Пончик. Как и малыш имеет право видеть своего отца.
— Ты так на неё похожа, и это пугает ещё больше. Потому что ты тоже можешь однажды так же исчезнуть, как сон, Мармеладка.
— Не жуй сопли, муженёк. Я бы не сбежала от тебя, если бы любила.
— А ты… — его взгляд на какой-то миг вспыхнул, а потом потух, — Не важно…
— Любовь это не то, что можно бросить в лицо сразу красивой фразой, Ши Вон. Любовь — это поступки.
— И это опять подтверждает мой страх. Аран кричала тоже самое в лицо ведьме, когда уходила. И это меня пугает ещё больше.
— А ты не пугайся и доверься мне, — я мягко поцеловала его, привстав на носочки, и это стало моей ошибкой, потому что разговор то мы наконец-то закончили, но план действий опять улетел в трубу, после хриплого выдоха в мои губы.
Слава богу, Гаркуша вернулась домой только под самый вечер, прежде позвонив и спросив одна ли я. И только после этого моя Славка вошла в квартиру, осмотрелась и выдала:
— Окна целы, посуда на местах, кровать не выпотрошена, трупов мужских особей не наблюдается. Значит, не всё так плохо, и мужик выжил.
— У меня будет к тебе просьба, родная, — я повернулась к Славке и долго не решалась сказать то, что собиралась.
Она свободный человек, с собственной жизнью, и я никто, чтобы просить её о подобном. Но она единственный человек, до которого способна добраться семейка моего благоверного. Если ей будет грозить опасность, боюсь я не справлюсь с этим… и тоже сбегу. Но я не могу так поступить, потому что мне действительно дико нравится Пончик, и если быть уж совсем честной, я хочу этого мужчину. Потому что впервые в моей голове рождаются картинки нашего общего будущего.
— Говори, как есть, Дана. Не нужно ничего скрывать от меня. Я честно, была готова придушить Ким Ши Вона за его бесхребетность… но… после того, что услышала от него, захотелось прикусить язык и засунуть в одно место. Поэтому говори, что я могу для вас сделать.
— То, что я попрошу слишком, потому что это касается твоей жизни в первую очередь. Но пока ты в Корее, у меня ничего не выйдет. Ты единственный рычаг давления на меня, Гаркуша. Поэтому…
Я прошла к столу и положила на него свой билет во Вьетнам, документы и контакты с управляющей домом, который для нас купил Ши Вон.
— Ты хочешь, чтобы я уехала? — тихо спросила Славка, а я кивнула со слезами на глазах.
— Прости, Гаркуша, но кажется…
— Ты втрескалась… — тихо ответила подруга, пока я стояла к ней спиной, и смотрела на билеты.
— Кажется по уши…
— За четырнадцать дней. Это рекорд, подруга, — вдруг хохотнула Славка и встав рядом со мной взяла билеты в руки, — А виза? Как я туда поеду без…
Я замерла, смотря на то, как моя подруга, совершенно будничным тоном просматривает документы, а потом поворачивается ко мне и с улыбкой говорит:
— Могу я взять с собой ещё кое-кого? — закусывает губу и заговорщицки шепчет, — Не всё ж тебе марафоны по женской релаксации устраивать?
— Славка… — я убито хохотнула, а она добила меня:
— Можно же Дончика взять с собой? Правда? — она приподняла бровь, а я кивнула и повисла на Славке, как ненормальная, облегчённо выдохнув:
— Спасибо!
— Ладно тебе! Было бы за что тут сопли разводить, дура! Она меня в отпуск на курорт с мужиком отправляет, можно сказать, за счёт СВОЕГО мужика, и ещё виноватой себя чувствует?! Всем бы таких подруг!
Мы обнялись крепче, и Гаркуша, наконец, заговорила другим тоном:
— Всё так серьезно?
— Очень, — я отстранилась, и посмотрела на билеты опять, — Из того, что мне рассказал Ши Вон, мне стало понятно, что его семейка совершенно ненормальные люди, ради денег готовые на всё. Мало того, я и представить себе не могла, что женщины могут вытворять такое с двумя взрослыми лбами!