— Корея… — убито выдохнула Гаркуша, и покачала головой, — Здесь семья и старшие — это всё! Попробуй не послушайся! Как генетический код, мать его! Хорошо хоть омони Дончика святая женщина!
— Ты когда успела с его матерью познакомиться? — я приподняла бровь, а Славка хохотнула, со словами:
— Ты шутишь? Первый шаг, как охомутать мужика — это наладить контакт с главной женщиной в его жизни! Если ты этого не сделаешь, считай всё — приехали! Вспомни маман своего бывшего…
— Господи, не НАПОМИНАЙ! — я чертыхнулась и перекрестилась, как от нечистой силы, — Она приходила к нам домой только за тем, чтобы сказать, какой её сынок молодец, и какая я не благодарная дура, которая позволяет себе выглядеть, как пугало! Я была корнем всех неудач НЕУДАЧНИКА по жизни…
Мы переглянулись и расхохотались в голос. Но потом Славка совершенно серьезно задала мне вопрос:
— Что ты затеяла?
— Гонки, байки и Сеул. Мало того, завтра у меня поход по магазинам. Нужно создать себе имидж всамделишной корейской агашши, пока не наступит момент настоящей госпожи Ким появиться на свадьбе собственного мужа. А так… Буду развлекаться по полной.
— Он же… — Славка понимала, что всё это крайне опасно, если учесть, что меня успели опоить и чуть не прирезать в подворотне за последние две недели.
— Ши Вон пообещал, что проверенные люди Чжон Вона будут круглосуточно охранять меня.
— И он согласился пойти на эту дичь со свадьбой с японкой? — Гаркуша ткнула в журнальчик, который ещё с утра не успела показать Пончику.
— Да, — по мне волна жара прошла, когда я снова посмотрела на те фото, которые видела ещё в мастерской парней.
— Дай-то бог, чтобы Тадж-Махал устоял. У тебя на лице такое написано, что мне честно уже не за Богдану Билык страшно, а за семейку Ким. И как ты только умудрилась вляпаться в такое?
— Закон Мёрфи, — ответила холодно, и мы переглянулись снова.
— Сплюнь три раза. Просто мужик проблемный, но ты с этим справишься. Он же в "доту" не играет? Значит, уже святой! — высокопарно закончила Гаркуша, а я тяжело выдохнула, и вспомнила, что неплохо было бы хоть таблетки какие-то прикупить. Я не готова пока к появлению наследников, тем более не после четырнадцати дней фиктивного брака и суток реального.
И всё это на фоне долгого и очень внимательного взгляда на столешницу напротив:
— Блин… — зло выдохнула и поняла, что мне жутко захотелось позвонить Пончику и сказать: ну его это всё, поехали во Вьетнам и устроим разврат.
Я посмотрела на Гаркушу. Она продолжала изучать свою визу, которую привез тот самый адвокат заика моего мужа, расписавший нас в ту памятную ночь.
"Дота? Хорошо, милая, что ты не знаешь, какая "дота" два часа назад происходила на этой столешнице… Испанский стыд. Никогда не думала, что стану одержима сексом. Ужас, что с женщиной способен сотворить голодный мужик…"
Как и его внезапная одержимость сотовой связью.
Три часа ночи:
"Спишь? Всё хорошо?"
Четыре часа утра:
"Я не могу уснуть без тебя. Что ты со мной сотворила?"
Пять часов утра и мой очередной выдох в подушку, рядом с хранящей на всю хату Гаркушей:
"Ну напиши хоть что-то… Я соскучился!"
"Мармеладка!!"
— Господи Всевышний!!!! — я резко поднялась в кровати и со злостью нажала на вызов.
— Если ты не прекратишь…
— Выгляни в окно… — стало ответом на моё шипение, и я решила, что ещё не проснулась.
Встала с кровати и подошла к панорамному окну, из которого был виден общественный парк и ещё несколько таких же комплексов. Опустила взгляд и улыбнулась, как дура.
Внизу, прямо на одной из аллей стоял красный байк, а рядом с ним парень в красном кожаном защитном костюме. Естественно сомнений, кто Всадник на этот раз у меня не осталось. Потому что он дышал прямо сейчас в моё ухо, через телефонную трубку.
— Спускайся, Мармеладка. Покатаемся!
— Пять утра, Пончик.
— Плевать. У меня завтра очень тяжёлый день, и все уверены, что я убитый горем после твоего ухода, напиваюсь в своей клетке.
Я прикоснулась к стеклу, а Пончик показал мне на ещё один шлем, который лежал на сидении.
— Спускайся, Дана. Иначе я не выдержу завтрашний вечерний спектакль.
Я ничего не ответила на это, а лишь тихо стала надевать свой костюм, и только у самой двери уловила, как Гаркуша рявкнула:
— Господи! Резинки хоть возьми с собой! Они в ванной в моей косметичке!