Но торопиться было некуда, а потому я пошел просто в свое удовольствие. Прямо возле пика лес внезапно закончился, и я выскочил на плоскогорье, покрытое глубоким снегом. Дул сильный и холодный ветер, стало зябко. Это заставило забыть про усталость. С вершины открывался хороший вид на окрестности. Благодаря прекрасному солнечному дню и прозрачному воздуху вдали было видно Восточное (Японское) море. Вокруг самой вершины стояли несколько алтарей, где в некоторых стояли небольшие фигурки Будды, а по другим было заметно, что в них свои обряды проводили местные шаманы.
Сделав пару снимков, я поспешил дальше – слишком было холодно наверху. Примерно через полчаса идущая по плоскогорью тропинка резко нырнула вниз. К ручью спустился без происшествий, примерно в том же месте, откуда и начинал подъем наверх.
Я порадовался, что отправился на Каривансан рано с утра. По дорожкам уже бродили выехавшие на природу семьи. Особо смелые корейские детишки время от времени со смехом кричали мне «Хай!», но тут же убегали в смущении, стоило мне что-то ответить.
У выхода я остановился перекинуться парой слов с моим утренним собеседником.
– Как гора? Понравилась? – спросил он.
– Наверное, красивая. Вы же запретили ходить наверх. Но благодаря вашим рассказам как будто действительно там побывал, – посмеялся я.
– Это вы правильно сделали. А пять часов вы просто вдоль ручья гуляли, причем так, что с вас пот градом валит, ведь правда? – засмеялся он.
– Вы абсолютно правы, – согласился я, принимая правила игры.
– Приезжайте осенью, здесь листопад очень красивый, – пригласил на прощание гостеприимный кореец.
Я же поехал к следующей горе, но решил встретить восход солнца на горном перевале Мисирён, откуда открывается красивый вид на море. Заночевал опять в машине на одной из парковок.
С погодой мне повезло. На пока еще темном небе ярко горели звезды, что обещало великолепный восход. По рассветному скоростному шоссе машина пронеслась без проблем, затем несколько колец горного серпантина и вот я уже паркуюсь на перевале Мисирён.
Идея полюбоваться восходом отсюда пришла не только мне. На самой окраине обзорной площадки перевала стояли уже несколько машин с включенными двигателями. Я встал в общий ряд и посмотрел вперед. Внизу открывалась роскошная панорама города Сокчхо и замечательный вид на бесконечные просторы моря.
Я попытался было выйти из машины, чтобы постоять на воздухе, но сразу понял, почему никто из пассажиров соседних машин не горел желанием выходить из комфорта нагретых автомобильных салонов. Стоило мне попытаться открыть дверь, как ветер ее тут же вырвал, а сама машина стала ощутимо покачиваться под порывами воздушного потока. Из-за такого сильного ветра на улице была обстановка, которую лучше всего характеризует не самое дипломатичное, но весьма емкое выражение – «собачий холод». Я понял, почему в корейских прогнозах погоды сообщения о температуре на перевале Мисирён часто идут отдельной строкой. По меркам Южной Кореи, это полюс холода, вполне может быть, даже самое холодное место в стране, хотя и весьма живописное.
Вскоре часть горизонта над морем стала заметно светлеть, и вот на морскую гладь брызнули солнечные лучи. Горы по бокам, внизу панорама города, впереди море и быстро увеличивающийся диск солнца. Восход в этом месте – незабываемое зрелище. Корейцы проявили чудеса героизма и повыскакивали из машин, делая снимки светила. Я тоже сделал несколько кадров и поспешил к следующей точке маршрута – горе Тхэбэксан.
По пути с перевала к горе я заехал к морю, посмотрел пару достопримечательностей. А потому к подножию горы я добрался уже в начале шестого часа вечера, когда начинало смеркаться. Корейцы хорошо знают эту вершину. Она не самая высокая, но входит в число трех самых священных гор всего Корейского полуострова. Корейцы верят, что оттуда исходит невидимая жизненная сила, без которой корейская нация прожить не сможет.
На входе меня предупредили, что скоро будет темно и на вершину идти нельзя. Естественно, я привычно заверил, что «только прогуляюсь буквально пару сотен метров и вернусь». Здесь я бывал уже раз десять, дорожки были хорошо обозначены, поэтому заблудиться не боялся и быстро пошел вперед. Постепенно количество попадавшихся навстречу корейцев, которые возвращались с вершины, стало уменьшаться, быстро начало темнеть. Взошла луна.