Возьмем для начала сам «Севоль». Судно было импортировано из Японии, когда ему было уже 20 лет. А затем его перепроектировали так, чтобы увеличить пассажировместимость, грузовые отсеки – и все в ущерб плавучести и безопасности. Заранее было известно, что у «Севоля» были проблемы с остойчивостью. Само судно вышло в свой трагический рейс перегруженным примерно в три раза. Установлено, что многие грузовики заходили на борт без официальных документов. Скорее всего, для того, чтобы не заявлять облагаемую налогом сумму. Выяснилось также, что все крепилось в трюмах с нарушением правил. Как считают следователи, вызванный слишком резким маневром крен спровоцировал подвижки слишком большого и недостаточно закрепленного груза, что и перевернуло «Севоль».
На борту были лишь старые спасжилеты, большинство из которых остались еще со времен, когда судно было в Японии. Из 46 спасательных плотов «Севоля» раскрылся только один. Попытки сотрудников Службы береговой охраны скинуть капсулы с плотами не привели к успеху – это видно по видеозаписи. А ведь «Севоль» получил сертификат на соответствие требованиям к спасению пассажиров.
Эксперты и местные рыбаки давно говорили: вблизи юго-западной оконечности Корейского полуострова очень опасные места. Это второй по силе морских течений регион в стране. Кроме того, вода там очень своенравная – мощная, часто непредсказуемо меняет направления, а фарватер опасный. Однако там можно было «срезать» расстояние и кое-где использовать силу течений, чтобы в итоге сэкономить на топливе.
Другая неприглядная сторона всей системы организации морских перевозок в том, что о проблемах знали все на всех уровнях, но скрывали – либо как минимум смотрели сквозь пальцы. Тот же перепланированный в ущерб требованиям безопасности «Севоль» получил все необходимые разрешения на работу. Перегруженное судно администрация порта выпустила в рейс. Об опасных маршрутах было давно известно чиновникам.
Традицией для Кореи (хотя не только для нее) является и то, что многие чиновники государственных контролирующих структур после выхода в отставку продолжают работу в тех самых крупных компаниях морских перевозок либо различных ассоциациях и прочих объединениях представителей бизнеса этой же сферы. Это, к слову сказать, проблема не только именно морского транспорта Кореи, но трагедия «полыхнула» именно здесь. Получается, что все друг друга хорошо знают, понимают, что «сегодня я тебя проверяю, но завтра ты мне предложишь хорошее место для пенсионных лет». В этот порочный круг, как выясняется, были вовлечены все: начиная от министерств, ассоциации судовладельцев, регистрационных органов и вплоть до капитанов конкретных судов.
Корейцы уже поставили себе диагноз: «Трагедия показала, что мы вообще не были готовы к такого рода происшествиям. Наша пассивная и запоздалая реакция увеличила количество жертв». Не случайно в эти дни очень серьезная критика слышна в адрес правительства страны. Действительно, вся система спасательных служб продемонстрировала неготовность к быстрому и эффективному ответу на ЧП. Выясняется, что чиновники проявили пассивность, побоявшись взять на себя ответственность.
Вместо заявленных правительством «десятков кораблей СБО, ВМС и вертолетов» в первые и самые важные часы трагедии спасение вели лишь, как выяснилось, следующие силы: одно небольшое судно Службы береговой охраны, одна моторная лодка, которая доставляла спасенных от «Севоля» на судно, и три вертолета. Присоединились также случайно оказавшиеся в районе трагедии рыбаки. Именно последние, кстати, и спасли больше всего людей. Все остальные силы подошли только тогда, когда паром уже перевернулся, захлопнув в стальной ловушке корпуса сотни людей.
Общественность шокировало также и то, что службы спасения получили первое сообщение о крушении парома от школьника, который был на борту. Пареньку при этом не поверили, посчитав за баловство. Установлено, что тот школьник так и погиб, оставшись внутри парома.
«А что я могу теперь говорить своим детям? Как я могу им говорить: «Слушайтесь взрослых». Мы, взрослые, сами угробили своих же детей. Другого слова не подобрать» – таковы слова, которые сказал мне один из знакомых корейцев. «Дети, извините нас, хотя мы вашего прощения не достойны!» – таково содержание одного из рисунков в корейской газете. Стало ясно, что спасти можно было если не всех, то очень многих. Даже в случае с завалом и крушением «Севоля» можно было обойтись минимальными жертвами.