— Я не привезу её, прости, — оправдывался он, — не смогу силой заставить… Да она осталась у той девчонки Жени… Не горячись, ей можно доверять, ничего с твоей драгоценной душой не случится…. Хватит! — внезапно напугал он нас обеих, выкрикнув. — Я не останусь тут! Твоя девушка, ты и ночуй под окнами. Заметь, наконец, что ты порой перебарщиваешь Юлиан, она не хрустальная, не тронут они её, — с этими словами парень вернулся к своей машине и сев в неё громко хлопнул дверью.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ Истерзанный
Всё случилось спонтанно. Осознав себя, я ощутила что под ногами пусто, и чуть ли не сорвалась вниз. В предыдущих снах какое-то время я играла роль Лады, не осознавая, а теперь видимо правила поменялись. Зависнув над незнакомым пространством, я огляделась. Ничего из окружавшего меня было не знакомо, сначала даже запаниковала, но быстро себя осекла. Нечего разводить мыльную оперу, мне это снится, а значит не просто так, нужно понять ситуацию и влиться в неё. Провоцировать Юлиана мне не хотелось, во снах он пугал меня похлеще чудовищ, поэтому пора в кое-то веки последовать совету, пусть и собственного воображения.
Подо мной находился деревянный стол, несколько стульев и большой шкаф. Не густо. Бедно. Хотела подлететь к двери и пройти сквозь неё, но мне мешала невидимая завеса или что-то вроде того. Что ж хорошо, остаёмся пока на месте, значит таков сценарий. Я рада и этому, ведь сны не посещали меня давненько, пора наверстать упущение. Полетав чуть-чуть, я заскучала, ничего не происходило, а через крохотное окно мало что можно разглядеть. Луга вроде, а кроме них и ничего.
Прошло ещё какое-то время, здесь оно вообще шло не понятно, и дверь распахнулась. «Ну, наконец-то» — подумала я, закатив глаза от негодования. Пусть хоть какой-нибудь движ начнётся в этом замкнутом пространстве. В комнатушку вошёл юный мальчишка, лет шестнадцати плюс-минус, я никогда не умела определять возраст незнакомцев. Одет он был не бедно, не богато, одежда как полагается времён пятнадцатого века, хотя я бы не назвала её славянской. Уж больно отличалась. Он захлопнул за собой дверь и буквально упал на пол, ударившись об глиняную стену спиной. Закрыл лицо, плакал.
Не люблю когда кто-то плачет, не умею успокаивать, но решила подлететь к парню поближе. Мне стало интересно понять, кем тот является. Светло-русые волосы спадали ему на лицо, и кажется, мешались, но юноша не обращал внимания, видимо у него были проблемы посерьёзнее. Присев рядом с ним, я молча посочувствовала ему, но до сих пор не понимала что происходит.
Дверь снова на этот раз с грохотом распахнулась. На пороге стоял высокий мужчина в длинном плаще и капюшоне, прикрывающем его лицо. Он медленно и с какой-то хищной грацией приблизился к парню. Присел на корточки, и силой заставил того убрать руки прятавшие слёзы.
— Ты вырос, пора перестать мечтать мальчик мой, — пробасил голос из капюшона. — Мечты — это порок, человеческий порок. А мы не люди. Нам негоже ставить себя в ревень с ними. Не позорь себя и меня.
— Я больше не могу наставник, вы разве не видите — безнадёжен! — поставил себе «диагноз» парнишка.
— Ты забыл? Наша сила питает ненависть, получается, твоя ослабла? Ты простил тех людей, что с корнем вырвали твоё сердце? Помнишь когда попал ко мне, как хорошо получалось колдовать? Просто не забывай, и подпитывай в себе то чёрное что растёт в груди, если не в силах каждый раз думать о мучительной смерти родителей, питайся людьми, они прокормят лучше любого убийцы, — вылезла на этот раз из плаща длинная чёрная когтистая рука.
— Я устал, — хныкнул парень.
— Не оправдание, — схватил мужчина в чёрном одеянии парнишку и потащил прочь из комнатушки на улицу.
Я воспарила и полетела за ними. Сердце ёкнуло, когда это чудовище с когтистыми лапами отбросило его прямо в грязь. Голубые глаза сверкнули красным на мгновение, мальчишка разозлился.