Я развернулась. Ему пришлось убрать руки. Корф выглядел подавленным, от былой уверенности как при гостях не осталось и следа. Всё-таки слова Антона зацепили его, и теперь Юлиан всеми силами пытался вымолить прощение. Впервые он кажется просит его у меня.
— Ты хорошо знаком с этим парнем да? С Савелием? — уточнила я для полной ясности. Очевидно их что-то связывает. Хотелось понять, как человек из альянса, да ещё как выяснилось наёмник мог сдружиться с Корфом.
— Какое-то время он на меня работал, верно, — не отрицал Юлиан, больше не пытаясь наладить со мной тактильный контакт.
— Вы что-то не поделили, и Савелий ополчился на тебя, — снова была я убеждена что рою в верном направлении.
— Нет. Что мне делить с головорезом альянса? — оскорбился Юлиан, скрестив руки на груди. — Савелий Миргородский продажная шваль, если ему будет выгодно предать, он сделает это даже глазом не моргнув.
— Значит предал тебя? — накидывала я версии. С Корфом нельзя идти на прямую, обязательно беседа обязана протекать неторопливо, иначе рыбка сорвётся с крючка.
— Он много чего натворил. Играл со мной и с альянсом, я знал и поощрял его. Пользовался тем как он старательно сливал мне информацию о них, а им обо мне. Лично я считаю союз выдался выгодным, по крайней мере для меня, — чуть успокоился Корф, опёрся о ствол дерева и посмотрел на небо. — Я часто проводил с ним время, много гулял по клубам. Одно время я почти перебрался в Москву. Савелий старше меня и опытнее, было чему поучиться. Шутовство конечно в нём присутствовало в больше степени, но я старался вычленять по крупицам самое важное, отделяя зёрна от плевел. Для выгоды, я на многое закрывал глаза, но в последний месяц нашего сотрудничества Савелий стал переходить черту, бесить меня. Всё закончилось, когда эта тварь чуть не изнасиловал девушку. Ей тогда повезло, я вернулся за ключами от машины и узрел всю эту дрянь. Её зовут Вероника Ольшанская.
— Кажется на её имя Антон резко отреагировал? — вспомнилось мне. — Получается Савелий домогался до девушки своего племянника? Боже мой!
— Она тогда не была его девушкой. Они встретились потом. Я мог бы воспользоваться ею в своих целях, зная этот секрет. Вероника носит совершенно иное имя, ведь в далёком прошлом альянс расправился с её семьёй. Однако…
— Ты не стал.
— Если бы я не помнил своё прошлое, был бы счастливее. Пожалел её, и всё же убийцы Ольшанских добрались до неё, теперь даже начинаю жалеть. Помнишь мальчишку, притащившегося ко мне в офис вместе с Романовым? Он её брат, — поведал Юлиан как-то устало.
Подойдя к дереву, на которое облокачивался Юлиан я встала рядом с ним.
— Зачем ты мне это рассказал? — осознала я что где-то упустила момент, когда Корф переключился на другую тему. Умело свернул с тропинки «Савелий» на тропу «его племянник и его девушка».
— Чтобы ты простила. Я презираю Миргородского, и то как он бездумно выполняет приказы своих хозяев. Убийство всегда должно иметь смысл, им нельзя утолять жажду, это как наркотик, если начнёшь, то никогда не закончишь.
— Не говори об этом как о чём-то обыденном, прошу, — сжала я кулаки. С каждой новой попыткой оправдать Юлиана в собственных глазах я начинаю терпеть фиаско.
— Лада я хочу той самой обычной жизни, она снится мне по ночам, но из-за козлов по типу Савелия не могу её позволить, — спустился он, вниз усевшись на траву, не заботясь о своей модной дорогой одежде.
— Когда ты разобьёшь альянс, ты сможешь жить нормально? — присела я рядом с ним на корточки.
— Я не знаю, — не стал он лгать.
Положив голову ему на плечо, я прикрыла глаза.
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЯТАЯ Триггер
Он всегда любил солнце, особенно утреннее. Оно проникало в комнату сантиметр за сантиметром, освещая её после долгой тёмной ночи. Некоторым людям просто необходим свет в окне, только благодаря этому маяку они продолжают существовать дальше. Создаётся мнимая иллюзия что однажды ночь кончится не только на улице, но и в душе. Ночь Юлиана Корфа длилась уже пятнадцать лет. Он продолжал улыбаться солнцу каждое утро, как учила его мама, но после гибели он перестал. Со смертью родных Корф умер сам. Юлиан был свидетелем кровавой расправы, видел всё, каждая капля крови впиталась ему в память. Снующие люди в форме, допрос за допросом. Психика потихоньку начала давать сбой. Бабушке пришлось хорошенько поработать над ним чтобы он вырос полноценным членом общества, так она считала…