— Всё будет хорошо доченька, встань мне за спину, — осторожно отлепил меня от себя папа, и обратился к Корфу: — Макар Владимирович уже в курсе смерти Ярослава Романова…
Романова? Не Кирилла? Ярослав, наверное, ему брат? Глаза мои поднялись на самодовольное лицо Корфа, которое после столкновения со страхом, отразившимся на моём лице помрачнело, и даже будто бы извинялось.
— Он был в бешенстве, и попросил меня разорвать с вами всякие договорённости если они имеются. Увы он был прав, и я нахожусь в невыгодном положении Юлиан Вячеславович, и в него нас загнали именно вы. Чтобы обеспечить безопасность Лады, я разрываю договор и забираю дочь домой. Отныне ваша война с Крамским или ещё с кем бы то ни было только ваша, — уверенно разъяснял папа Юлиану, смотревшему только мне в глаза.
— Это ты зря Баталов, — холодно прохрипел Корф. — Я ведь и обидеться могу. У меня на руках бумажка, которую ты подписал, и правилам которой ты не разу не последовал. Но кто станет разбираться, ведь по факту договор и подпись имеется. Я в шаге чтобы не отправить его Крамскому. Тогда охота начнётся на твою семью, и ты снова прибежишь ко мне, а если гордость взыграет, то история семьи Баталовых закончится на вас.
Он больше не смотрел на меня, что причиняло какую-то новую извращённую боль. Будто бы Корф разочарован и взгляд мимо это всё на что он теперь способен.
— Не посмеешь! — уверенно заявил папа, улыбнувшись, и подойдя ближе к врагу не боясь. — Каким бы тираном ты не был, я уловил твой перепуганный словно у зверька взгляд Юлиан. Моя дочь умудрилась влезть в твоё ледяное сердце и покорить его, и чтобы она не страдала ты не пойдёшь на это. Ты не убьёшь Ладу собственными руками. А отдать договор значить смерть.
Дальше случилось что-то дикое. Корф схватился за голову, за свой волосы и закричал. Несколько раз ударил ладонями себя по голове и вдруг упал на колени. Я совсем растерялась, собственно, как и все окружающие его люди.
— Ненавижу, ненавижу вас всех! — рычал он сквозь зубы.
Я хотела броситься к нему, но папа остановил.
— Уходите, — дал волю Корф, — но бегите быстро, иначе если они, — кивнул он на своих ребят, — вас поймают, убьют всех. Я не вру Лада, — поднял он утомившееся лицо на меня.
Моё проклятое сердце разрывалось от невыносимой агонии и боли.
— Тебе есть что терять, как и мне, — внезапно положил папа на плечо Юлиана руку и по-отечески сжал его.
— Да что ты? У меня нет ничего Вадим Борисович, даже души, — сбросил чужую руку Корф.
Папа вернулся ко мне и взяв под руку повёл к своему автомобилю. Я же в свою очередь не могла перестать смотреть на сидевшего на коленях Корфа и смотревшего куда-то в неизвестность. К нему подошли его люди и порывались помочь встать, но он отталкивал их, не разрешая себя касаться.
***
Лада села в машину отца, но при этом до конца не отводила взгляда от него. Словно дай ей пару минут, и она останется, не бросит, будет рядом и утешит, когда потребуется. Она ведь полюбила тот образ мужчины, который успела придумать в своей голове. Лада Баталова та ещё сказочница, до сих пор считает, что чудовище и красавица смогут быть, вместе не смотря на преграды. Корф же в выдумки верил с трудом и был реалистом.
Стоило автомобилю Баталова скрыться из виду, как он встал на ноги. Грязь, прилипшая к новым дорогим брюкам его, не заботила. Встряхнув головой, руками убрал налипшие на лицо волосы и обернулся к людям, работавшим на него достаточно длительное время и знавших поведение хозяина вдоль и поперёк.
— Вы в норме? — оглядел его Юрий начальник охраны.
— А на что это похоже? — вернуть себе самообладание оказалось не просто, и эмоциональная сторона Корфа снова проклюнулась.
— Мы ждали вашего хода, но не рассчитывали на столь бурное развитие событий, — высказал своё мнение начальник, и почти сразу же пожалел.
— Где твой пистолет? Она его забрала?